У нас вон Корио неприкаянный, а у Тхань будет Пауль. Уржаться!
Пауль:
Я смотрел на лица парней, по очереди изучающих мои бумаги. Ничего хорошего они не выражали. Но я не мог поверить в то, что нас всех так грубо развели, это было слишком ужасно. Наверняка тут какая-то чудовищна ошибка, и сейчас все прояснится. Не может быть, чтобы нас на самом деле продавали, как рабов! Какое рабство на Мкхарте?! Это же такая же цивилизованная планета, как Диспонт, пусть даже ее жители и не совсем люди. И… Я, наверное, тоже не совсем человек. Мутант… Нет, про это лучше вообще не думать. Вот же они сидят передо мной, обычные парни и девушка. Ничем не отличающиеся от тех, что окружали меня на Диспонте.
Я попытался выдохнуть и почувствовал, что внутри зарождается новый комок агрессии. Это от волнения — надо срочно успокоиться. Вчера девушка выкачала из меня лишнюю энергию, всего лишь взяв за руку. И вела она себя при этом вполне естественно, как будто это нормальное явление. То есть получается, что меня обманывали и с этим тоже?!
В глазах начали мелькать красные точки. Это был плохой признак, очень плохой признак. Надо срочно брать себя в руки и успокаиваться, только никак не получалось, как я не старался.
Меня обманули с документами, меня продали, как раба на рынке, меня два последних года использовали…
— Леди, тот способ получения энергии, которым вы воспользовались вчера, он является альтернативным… — я вдруг запнулся и понял, что не знаю, как правильно назвать «способ», который постоянно использовали для забора излишков моей энергии те, другие…
— Чистую лечебную энергию, в которой вчера нуждался Рэйко, один чонянлинь другому напрямую передать не может. Просто энергию — может, а вот преобразовать ее в лечебную — нет. Есть исключения, конечно. Но это очень сложный процесс для чонянлинь. Вы созданы как источники, а преобразовывать, направлять и использовать энергию хорошо умеем мы, дойняни. При этом своей собственной у нас практически нет. Так что мы образуем взаимнополезный симбиоз. Когда мне лично необходима подзарядка или я касаюсь кого-то, нуждающегося в энергии, и одновременно — тебя, как источника, то устанавливается энергоканал. Если мы хорошо подходим друг другу, — Тхань задумалась, очевидно, подбирая для меня подходящее сравнение, — как пазлы или детали головоломки, то канал после этого не разрушается. И я могу его использовать, даже не прикасаясь к тебе. Вот как сейчас…
Она ничего не сделала, даже не напряглась, а красные точки перестали мелькать перед глазами и пальцы перестали сжиматься в кулаки. Агрессия отступала, сменяясь приятным состоянием умиротворения. Впервые я испытал что-то подобное после медицинского обследования, когда решил перестать скрываться и встал на учет в ближайшем Кьентрене. До этого подобное отрешенное спокойствие мне было недоступно. Усталость — да, жесткий контроль — да. Вчера я, как только добрался до кровати, уснул и не оценил полностью это ощущение легкости и… нормальности. Да! Наверное, так себя чувствуют обычные люди, которых ничего не раздражает и им не надо, сжав зубы, контролировать каждое свое движение, каждое сказанное слово.
Я, закрыв глаза, откинулся на спинку дивана и почувствовал, как…
Монг Си Фаннизе:
Новое приобретение сестры вдруг как-то странно обмяк. Я слегка тряханул его за плечи. Холера…
— Тхань, он, похоже, сознание потерял!
Мотылек тут же сорвался и подлетел к конкуренту. Правильно, молодец! Опередил сестру, и теперь ты в зоне ее внимания. Весь такой не ревнивый и готовый помочь. А не надувшаяся жаба на стуле. Ценю! Можно сказать, мысли мои прочел!
Тхань приложила руку ко лбу мальчишки, и из нее сразу просто шарахнуло энергией. Ничего так она качнула из парнишки! И ничего так у них канал, кстати. Я его просто глазами вижу. И не один я — мотылек тоже видит. И желваки у него на скулах так и играют. Холера ему в задницу… Сейчас все испортит ведь!
— Рэйко, слушай, распорядись пока насчет завтрака, а? Есть хочется, сил нет.
— Я вам не нужен, тьюди? — ну вот, я же так и думал… в голосе жертвенная тоска и обида.
— Ты мне нужен, лисенок, иначе я бы не приняла твоей клятвы. И не оставила жить в этом доме. И сейчас твой долг, как хозяина, позаботиться о том, чтобы наши гости не голодали.
О! У меня сестра научилась тонкой дипломатии… Уважаю! Передо мной она так аккуратно не распиналась. Сказала бы, чтоб валил делать чай, и все. Хотя я и в душещипательные переживания никогда не впадаю, в отличие от этого… легкоранимого.
Пока мотылек порхал насчет завтрака, Пауль пришел в себя, забрав обратно часть своей же энергии. Похоже, сестренка перестаралась, откачивая у него излишки.
Пауль:
Я лежал на диване, рядом со мной сидела Тхань, а за ней, у меня в ногах — ее брат, Монг…
Ощущение было странным. Я не чувствовал себя слабым и беспомощным, но, очевидно, так привык быть в постоянном напряжении, что, как только расслабился, организм сошел с ума.
Мне было очень стыдно. Потерял сознание, как девчонка. Мало того, я чувствовал, что нахожусь на грани нервного срыва и сил, снова взять себя под контроль, у меня нет. Еще немного, и я просто расплачусь… Правда, расплачусь.
— У тебя все в порядке? — похоже, ласковый заботливый голос послужил последним толчком… Нет! Сдержался. Только ответить не смогу… Так что кивнул головой. Пусть не очень вежливо, но захныкать, после того как только что потерял сознание, это уж очень сильный удар по моему самолюбию.
Домой хочу… К маме. К сестре. К отчиму. Ну почему все это должно было произойти именно со мной?! Почему я не родился нормальным, ведь мог же… Мог не унаследовать этот их энергетический дар, провались он в тартарары!
— Пауль? Пойдем позавтракаем и созвонимся с твоими родителями. Они, наверное, волнуются.
Да! Они волнуются… Мама места себе не находит, я уверен. Главное, не говорить им, что я вляпался в такую страшную, чудовищную, глупую… историю.
— Леди, а… что теперь со мной будет? — лучше узнать сейчас, чем мучиться неизвестностью.
— Ну, для начала мне бы хотелось, чтобы ты закончил институт. Думаю, твои родители будут со мной согласны. Пройдешь собеседование и кучу тестов, определим, к чему у тебя есть склонности, и будешь учиться. Конечно, я бы предпочла хорошего секретаря, ну, если вдруг выяснится, что ты гуманитарий — насильно обучать на бухгалтера не буду.
— Я не гуманитарий, леди… — Так, держаться и не расплакаться!
Я же так все и планировал. На это и рассчитывал, вернее, надеялся. Устроиться, договориться с опекуном и поступить в институт. Мне это и обещали же… что обо мне тут позаботятся, дадут шанс выучиться, как бы в кредит. «Самое главное, чтобы вы показали себя сильным чонянлинь, заинтересовали этим потенциальных опекунов». Я так старался! Для поступления в институт на Диспонте у меня не было ни денег, ни связей, и я утешал себя тем, что на Мкхарте… На Мкхарте я обязательно поступлю! Это была мечта, за которую я уцепился и не отпускал. Она помогала мне не просто выживать, ради спокойствия семьи и сброса энергии во время обследований, она помогала мне жить дальше ради какой-то цели. На Мкхарте я поступлю в институт и получу высшее образование, а значит, буду не просто офисным клерком, как отчим. Я смогу достичь чего-то большего! Смогу помогать родителям, высылая им деньги. Смогу…
И тут этот парень заявляет мне, что я раб! Да, я совершенно зря избил его, ведь он пытался объяснить мне, пусть и в несколько грубоватой форме, насколько сильно меня обманули на Диспонте. Надо будет попробовать извиниться и объяснить, что ревнует и злится он совершенно зря. Леди, конечно, очень красивая, но она же меня старше… И раз она может забирать мою энергию, даже не прикасаясь ко мне, значит, у нас с ней будут исключительно деловые отношения. Даже не придется изобретать что-то типа игр в медицинское обследование.
И пусть остальным прилетевшим со мной ребятам не так повезло, как мне… Причин, впадать в плаксивую блажь, лично у меня никаких нет. Просто все, на что я рассчитывал, как само собой разумеющееся, мне сейчас дают, потому что… Я действительно сильный чонянлинь? Наверное, нет. Сильные чонянлинь не падают в обморок. Просто мне повезло, и я попал к хорошим людям.