— Конечно. Вдруг мы заметим что-нибудь, что полиция пропустила? — с надеждой ответила она.
Маркус знал: будь здесь королева или принц Николас, они не одобрили бы такого поведения дочери и сестры. Но сейчас его не волновали мнения королевы и наследного принца — только благополучие и душевное спокойствие Доминик.
— Хорошо, что вашей сестры с нами нет, — усмехнулся он. — Она бы пришла в восторг от такой идеи!
— Это верно! — улыбнувшись, ответила Доминик. — Мы с Изабеллой не неженки!
— Что ж, мисс Искательница Приключений, поищем тропу, на которой нам, быть может, удастся не свернуть себе шеи.
Не меньше получаса прошло, пока они наконец добрались до места, где машина ударилась о землю и загорелась. Смотреть здесь было, в общем, не на что, если не считать развороченной земли и нескольких обломков металла. Гораздо больше поразило Маркуса то, чего они не увидели.
Берег за линией валунов густо порос травой, и почва здесь была мягче, чем на горном склоне. Если бы тело короля выбросило из машины и протащило по берегу, на земле остались бы следы. Однако ни малейших следов не было.
— Теперь видите, Маркус?
Этот вопрос вырвал его из глубокой задумчивости. Маркус поднял взгляд на принцессу.
— Да, вижу.
— И что вы теперь думаете?
На мгновение прикрыв глаза, он ущипнул себя за переносицу.
— Не знаю, что и думать. — Отняв руки от лица, он устремил взгляд на далекие силуэты кораблей береговой охраны. Водолазы обыскали морское дно пядь за пядью, используя сонарные радары и другие сверхсовременные приспособления, однако не нашли ничего, кроме нескольких покореженных остовов давным-давно затонувших рыбацких судов. — Но если король не погиб в катастрофе... значит, здесь произошло какое-то страшное преступление!
Доминик вздрогнула — и не от порыва холодного ветра с моря.
— Вы расскажете моим родным о своих подозрениях?
Маркус заметил, что она обхватила себя обеими руками, словно пытаясь согреться. Не думая, что делает, он подошел ближе и обнял Доминик за плечи.
— Нет. Если то, что здесь произошло, не просто несчастный случай, то рано или поздно правда выйдет на свет. Но сейчас они просто подумают, что нам обоим пора к психиатру. Согласитесь, не слишком прилично получится, если королевского советника объявят сумасшедшим! — грустно улыбнувшись, добавил он.
К его удивлению, Доминик вдруг рассмеялась и крепко сжала его руку:
— Маркус, вы не представляете, как мне помогли! Еще несколько минут назад я боялась, что не выдержу горя, а теперь забрезжил луч надежды. Спасибо, что привезли меня сюда!
Привстав на цыпочки, она поцеловала его в щеку. Этот поцелуй застал Маркуса врасплох — на несколько секунд он потерял дар речи.
— Не думаю, что я заслужил такое... такую пылкую благодарность, — произнес он наконец. — Начинается дождь, а до нашей машины путь неблизкий.
В самом деле, со свинцового неба уже падали первые крупные капли дождя.
— Думаю, вы правы, — проговорила Доминик. — Нам лучше поторопиться.
И, схватив за руку, потянула его за собой вверх по склону.
Даже ускорив шаг, они почти час добирались до места, где оставили машину. Хорошо, что дождь так и не разошелся как следует, иначе оба промокли бы до костей.
— За пассажирским сиденьем лежит куртка, — заметил Маркус, заводя автомобиль. — Наденьте ее.
Пошарив позади себя, Доминик нашла черную непромокаемую куртку на подкладке из теплой фланели. Едва она просунула руки в рукава, ей сразу стало теплее.
— Я не ожидала, что погода так испортится. Надо было быть предусмотрительней и захватить с собой куртку, — проговорила она.
— Сейчас я включу обогреватель. А через полчаса мы будем в замке. — Он бросил на нее быстрый взгляд. — Или, может быть, вы предпочли бы остановиться в городе и выпить чего-нибудь горячего?
Выразительное лицо Доминик осветилось искренней радостью.
— Вот было бы здорово! Мне так надоело сидеть во дворце! А у вас найдется время?
Сегодня у Маркуса не было никаких неотложных дел, и все же вопрос Доминик заставил его содрогнуться от горького чувства вины. Ему вспомнилась Лиза — Лиза, твердившая, что для него государственные дела важнее жены, что на семью ему вечно не хватает времени...
В каком-то смысле она была права. В самом деле, работа для Маркуса всегда стояла на первом месте. И присягу королю он принес задолго до того, как женился на Лизе. Но жена требовала от него такой же преданности, такой же самоотверженности. Он старался изо всех сил, но... «Нельзя служить двум господам» — правоту этой старой мудрости Маркус проверил на себе.