Айрин протянула мне кинжал из обсидиана, я выверенным движением рассекла тело варгиса ниже линии рёбер и грудины поперёк торса. Просунула руку в густое, горячее, пахнущее железом и лесом. Нащупав сердце, я обхватила его скользкими пальцами. Потянула было руку на себя, и вдруг… О нет-нет-нет, только не сейчас! Айрин убьёт меня! Тошнота подступила к горлу, я поспешно вытащила из грудной клетки свою липкую и тёмную от крови руку и метнулась в угол крипты. И меня вывернуло. Видимо, с голодухи я съела больше, чем надо, и вот результат. Варгис, очнувшись, вдруг закричал. Айрин ругалась в таких грязных вычурных выражениях, что я хотела бы запомнить особенно меткие фразы. Но мне было слишком плохо. Хелен приложила варгиса по голове, и он стих. Верховная подошла ко мне. У меня саднило горло, во рту был привкус желчи, глаза щипало от слёз. Я попыталась их стереть и измазала себе всё лицо кровью.
– Роуз, скорее, ещё не поздно! – сказала Айрин, хватая меня за локоть и поднимая с пола.
Шатаясь, я пошла за ней. Но едва я увидела развороченную мной и залитую кровью грудь варгиса, пол под ногами зашатался, стены заплясали, а всё тело опутало вязкой паутиной слабости. Я ухватилась за могильную плиту, чтобы не упасть, но пальцы заскользили по липкой тёмной крови. «Только бы в обморок не грохнуться!» – упрашивала себя я. Протянула дрожащую руку, чтобы достать сердце. Но тошнота подступила вновь, хотя желудок у меня уже был пуст. На всякий случай я прижала другую руку ко рту и, покачиваясь, отступила. Мне стало нечем дышать, я оторвала руку от лица, судорожно хватая воздух ртом, но он, кажется, закончился. Странно, почему никто этого не замечает?.. Из последних сил я повернулась и пошла к выходу из крипты. Ноги меня не слушались, и по ступеням я поползла на четвереньках. Вскоре я выбралась в замковый двор. Села на колени в сугроб и жадно вдохнула морозный, обжигающий лёгкие воздух. Потом я умылась снегом и легла на спину, переводя дух. Надо мной расстилалось тёмное звёздное небо. Что обо мне сейчас говорят звёзды? Можно ли прочесть по и расположению, когда я умру? Надеюсь, это будет не скоро. Я ещё не узнала настоящего могущества, у меня нет своего ковена...
– Вставай скорее! – раздался надо мной негромкий смутно знакомый женский голос. Я почувствовала, как пахнуло какими-то цветами. Фейри. – Это вредно для тебя и ребёнка.
Светловолосая девушка склонилась надо мной и потянула меня вверх, заставляя встать.
Голова у меня ещё кружилась, я никак не могла понять, о чём говорит незнакомка. Какой ребёнок? Я вгляделась в белое лицо фейри, неясным пятном маячившее у меня перед глазами, и подумала, что вряд ли её когда-то видела.
– Ребёнка?.. – пытаясь собраться с мыслями, переспросила я.
Рука фейри коснулась моего живота, и её пальцы засияли золотым светом.
– Да, – подтвердила она. Судя по голосу, её это радовало.
– Откуда ты знаешь? – спросила зачем-то я, хотя прекрасно знала, что фейри определяют беременность чуть ли не в первый же день – такая у них магия. До меня также начало доходить, что я забеременела до ритуала, а значит от этого ребёнка никакого толку.
Я не слушала объяснения фейри, но тут поняла, что действительно никогда не видела её. Зато слышала. Это она сегодня резвилась с Адамом в его спальне, а Захария за ними подслушивала.
– Ты можешь сказать, какой срок? – спросила я.
– Около двух недель, – ответила фейри. Она придерживала меня за талию, и тут я заметила, что она укрыла меня своей шалью.
– Что ты делаешь посреди двора ночью? – спросила я, оглядывая её. Фейри была основательно одета, да ещё и с небольшой сумкой через плечо – не похоже, что выскочила из постели.
– Я уезжаю, – ответила фейри грустно. – Я допустила большую ошибку…
Мне было откровенно плевать, что у неё случилось, но цветочная девчонка, похоже, решила выговориться.
– Год назад меня сосватали, я должна была выйти замуж в июне и уехать с мужем в Барселону. Я так мечтала повидать мир, и к своему жениху стала привязываться – он приезжал в Торнфилд каждые два месяца. Но месяц назад я влюбилась, так влюбилась, что мне всё стало неважно – и моя репутация, и моё будущее – всё. Пять дней назад я перебралась в замок, чтобы быть с ним… – голос её дрогнул. – Но я ошиблась! Ошиблась!.. – девчонка всхлипнула – вечно эти фейри рыдают по любому поводу. – Не знаю, примут ли меня родители обратно… Жениху я честно расскажу всё, он расторгнет помолвку… – она заплакала, уткнувшись мне в плечо. Я закатила глаза, но, поколебавшись, не стала её отталкивать.