Не знаю, сколько прошло времени: кажется, я задремала. Меня разбудил голос Адама:
– Роуз?..
– Что? – спросила я, не открывая глаз.
– Что ты здесь делаешь? – спросил Адам.
– Снюсь тебе, – ответила я, зевнув, и провела ладонью по его груди.
– Нет, ты спишь на мне, – возразил Адам. – Вставай.
«Сейчас он меня прогонит», – с тоской подумала я и села на постели, всё ещё не открывая глаза. Его руки легли на мои плечи, и шёлк пеньюара соскользнул вниз. Я потянулась к Адаму, ища во тьме губами его губы, его тело. Я точно боялась, что стоит мне открыть глаза, и всё исчезнет.
– Зачем ты пришла? – спросил Адам и провёл по моей обнажённой груди кончиками пальцев. Будто случайно задел затвердевшие соски.
– Я хочу тебя… – выдохнула я, подаваясь вперёд.
– Это я знаю. – В его голосе прозвучала насмешка. – Почему не приходила раньше? – Его горячее дыхание опалило нежную кожу моей шеи.
В низу живота заныло. Сладко, предвкушающе. Я была вся мокрая, я была готова для него, я хотела лишь одного – скорее ощутить его член внутри себя.
– Возьми меня, – тихо проговорила я.
Его рука нырнула в мои волосы и приподняла их.
– Сначала ответь на мой вопрос. – И снова эта насмешливость в голосе.
– Айрин замучила с поручениями, – шепнула я, и с моих губ сорвался стон, когда язык Адама скользнул по моей шее. Язык исчез с моей кожи, и я продолжила: – И другие ведьмы.
– Это правда, что Айрин беременна? – задал Адам новый вопрос и рывком поднял меня с постели, заставив встать на четвереньки.
– Правда, – ложь сорвалась с моих губ вместе со стоном, когда я ощутила его член своей задницей.
– Ты врёшь, – его рука слегка сдавила моё горло, а он сам отстранился, и я перестала чувствовать его сзади.
– Да… – выдохнула я, готовая признаться во всём что угодно, лишь бы наконец ощутить Адама внутри себя.
– Хорошая девочка, – довольно проговорил Адам и наконец вошёл в меня – резко, до упора. Меня словно пронзило насквозь, и я застонала от ощущения наполненности, которого мне так не хватало. – Видишь, как приятно говорить правду, – произнёс Адам и начал двигаться во мне – медленно, не торопясь, дразня. Мне хотелось, чтобы он ускорился, я была уже близко, но я лишь часто дышала. Его рука легла мне на груди, сжав правую, и я снова застонала. Стоило Адаму задвигаться во мне чуть быстрее, чуть напористей, и я кончила, сотрясаясь всем телом, мешая вздохи и стоны.
Адаму понадобилось куда больше времени, и я была счастлива, когда он кончил внутрь меня. Мне хотелось развернуться, чтобы целовать его лицо, его шею и грудь… Но вместо этого он вытащил из меня член, и я ощутила себя такой пустой, что захотелось заплакать.
– Уходи, – раздался голос Адама сзади.
Я не сразу сообразила, о чём он.
– Пошла вон отсюда! – повысил голос он. Я сползла с постели и едва успела словить полетевший в меня алый шёлк. – И не смей больше приходить сюда без моего разрешения.
У меня хватило силы только кивнуть. По моему лицу текли слёзы, когда я выходила из его спальни, просовывая руки в скользкие шёлковые рукава.
Следом за мной вышли две девицы, прижимая к груди скомканную одежду. Они шли по коридору точно во сне – видимо, моё зелье ещё не отпустило их.
Я сняла пеньюар и легла в постель совершенно голая. Я чувствовала запах Адама на себе. Повсюду. Мне хотелось, чтобы простыни впитали этот запах. Я свернулась калачиком и уснула.
Утренний свет бил в незанавешенное окно, когда меня разбудила Айрин. Я села на постели, жмурясь:
– Что?
Айрин со всего размаха ударила меня по лицу, и кольца на её пальцах оцарапали мне щёку.
– Собирайся. Ты переезжаешь в Торнфилд.
Так я поняла, что Верховная всё знает.
7. Одна
Ненавижу, когда Айрин оказывается права, но переезд в Торнфилд действительно пошёл мне на пользу. Через месяц я перестала думать о том, как бы поскорее оказаться у Адама в постели, и мне даже дышать стало легче.