Визуалы
Илья)
Катюша)
Листаем дальше, там 1 глава)
1 глава
Пару часов назад…
Запах роз в цветочном магазине душит меня уже добрых пятнадцать минут.
— Может, пионы? — осторожно предлагаю я, наблюдая, как Иван в третий раз обходит витрину с букетами. — Алла Сергеевна в прошлый раз говорила, что обожает пионы. Помнишь, мы были на даче, и она еще показывала свои кусты у забора?
Иван даже не оборачивается. Его широкая спина в дорогом пальто маячит передо мной, пока он придирчиво рассматривает какие-то бордовые хризантемы.
— Катя, я знаю, что нравится моей матери, — бросает он через плечо тем самым тоном, от которого я автоматически захлопываю рот.
Конечно. Глупая Катя. Зачем ей вообще что-то говорить.
Я послушно отступаю к витрине с плюшевыми мишками и шариками, делая вид, что разглядываю ценники. Девушка-флорист бросает на меня сочувственный взгляд. Или мне кажется? Наверное, кажется.
— Вот эти, — наконец решает Иван, указывая на помпезный букет из лилий и каких-то веток, названия которых я не знаю.
Мне хочется сказать, что у Аллы Сергеевны аллергия на лилии. Она сама рассказывала мне об этом прошлым летом, когда мы вместе готовили окрошку на день рождения свекра. Но я молчу. Потому что я уже сказала про пионы, и этого достаточно. Больше одного предложения за раз — это уже спор. А спорить с Иваном бессмысленно.
Флорист упаковывает букет, Иван расплачивается, и мы выходим на парковку.
— Держи, — он сует мне букет и открывает багажник своего Мерседеса. Смотрит внутрь, морщится. — Черт, запаска.
Летняя резина действительно занимает весь багажник — я помню, как месяц назад он собирался отвезти ее в гараж и так и не отвез. На заднем сиденье громоздятся пакеты с продуктами для праздничного стола и коробка, перевязанная красной лентой.
— Аэрогриль на колени возьмешь, — решает Иван, доставая с заднего сиденья увесистую коробку.
Я смотрю на нее и мысленно прикидываю вес. Килограммов семь, не меньше.
— Может, пакеты переложить…
— Катя, там яйца. И торт. Хочешь, чтобы все раздавилось? Или чтобы аэрогриль по машине повалялся? Садись давай, опаздываем.
Не хочу. Я ничего не хочу, кроме как оказаться сейчас дома, в нашей квартире, где можно закрыться в ванной и включить воду погромче.
Но я сажусь на переднее сиденье, и Иван опускает мне на колени аэрогриль. Острый угол коробки сразу впивается в бедро. Сверху я кое-как пристраиваю букет.
До дома его родителей — сорок минут по пробкам и еще двадцать по трассе.
Иван включает какой-то подкаст про криптовалюты и барабанит пальцами по рулю. Я смотрю в окно, стараясь не думать о том, как немеют ноги под тяжестью чертова аэрогриля. И о том, что Иван даже не спросил, удобно ли мне. Впрочем, когда он в последний раз спрашивал?
Когда мы въезжаем в знакомый двор, и сердце невольно теплеет.
Я люблю этот дом. Родители Ивана строили его три года — Виктор Петрович тогда руководил строительной фирмой, Алла Сергеевна работала главным бухгалтером в банке. Откладывали, планировали, выбирали каждый кирпич. Теперь это настоящее семейное гнездо: двухэтажный, с большими окнами, с резным крыльцом и старой яблоней во дворе. Внутри всегда пахнет пирогами Аллы Сергеевны, громкий и веселый смех Виктора Петровича разносится по всем комнатам, а на кухне вечно бормочет маленький телевизор.
Странно, правда? Я люблю семью своего мужа больше, чем… Нет. Не буду заканчивать эту мысль.
Иван паркуется у машины отца — долго, с несколькими заходами, хотя места более чем достаточно. Глушит двигатель, выходит из машины и идет к крыльцу, что-то проверяя в телефоне.
Я сижу с аэрогрилем на коленях и букетом, упирающимся в потолок.
Проходит минута. Две.
Он не возвращается.
Кое-как я открываю дверь локтем, выбираюсь наружу, балансируя с неудобным грузом. Ноги затекли так, что на первом шагу я едва не теряю равновесие. Лилии щекочут мне нос, и я чихаю.
— Что ты так долго? — Иван возникает рядом, хмурый и раздраженный. Выхватывает у меня аэрогриль, и я чувствую такое облегчение, что даже благодарна ему. Но это быстро проходит, едва он открывает рот.