Антон кивнул.
— Только не прийти нельзя. Я же не сумасшедший. А вот дяде такое по душе…
Я оглянулся на Кирилла Антоновича, беседовавшего с парой таких же статных мужчин. Да не похоже, что ему действительно здесь нравится — кажется, он просто нашёл терпимую компанию.
— Хорошо, когда есть с кем поговорить, — отозвался я. — В одиночестве в таких местах сходишь с ума куда быстрее.
Антон фыркнул.
— Сходишь с ума — лучше и не скажешь.
— Кажется, в этом уголке беседуют на оясимском? — раздался женский голос за спиной Васильчикова. — Могу я присоединиться?
Антон вздрогнул, прежде чем отойти; теперь я мог видеть миниатюрную брюнетку такого низкого роста, что она могла спрятаться даже за спиной кого-то настолько невысокого, как я или кузен Марии (а Антон даже её в росте не догнал).
Она была бледной, настолько, что её бледность можно было назвать болезненной; одетая в слишком яркое красное платье с пышной юбкой, она невозмутимо прошла вперёд, благодаря чему наша маленькая компания превратилась в какой-то круг: Антоша с одной стороны, я с другой. И наконец она с этой неприятной лукавой улыбкой.
Слишком детский у неё вид для такого выражения лица.
— Елена, и вы здесь? — напряжённо произнёс Антон. — Мне казалось, легче встретить вас с вашим женихом, а не без него.
— Ну я же приглашена на этот приём, — надула губы девушка. — Я же не «плюс один» Коли. А ты почему такой формальный? Говорила же, зови меня Леночка — как все.
Как-то странно она себя ведёт — вроде и с Антоном слишком по-дружески, да только он сам такого же отношения к ней не показывает. Напротив, глаза забегали — Васильчиков точно ищет способ ретироваться. И вдруг взгляд парня остановился на мне. В нем так и читается: «Прости, брат, но тут либо ты, либо я».
Что бы Антон ни планировал, ему стоит научиться спать с открытыми глазами.
— Кхе-кхе… Елена, вы ещё не знакомы с Кикучи Сабуро? — Васильчиков указал на меня. — Он жених Марии, моей двоюродной сестры. В России первый раз — сами понимаете, ничего не понимает… О, это случайно не мне машут? Надой подойти! Елена, Сабуро, вынужден откланяться.
Сбежал Антон быстро — моргнёшь, и его уже не видно. Несколько секунд мы с Еленой приглядывались друг к другу, пытаясь придумать тему для разговора. И что в ней такого, что от неё бежать надо, как от чумы? Девочка как девочка — даже девушкой не назовёшь. По сравнению с ней Минори гигант.
Я прокашлялся.
— Значит, вас зовут Елена? Не думал, что тут будут люди, заинтересована в разговоре на оясимском. Я чувствовал себя довольно одиноко с начала вечера.
— О, я понимаю это чувство, — вдруг энергично кивнула девушка. — Мало кто на самом деле хочет со мной говорить. Даже Антон от меня сбежал — в последний раз, когда он с матерью у нас гостил, я думала, что мы друзья! Почему во дворце так сложно с кем-то познакомиться?
Я пожал плечами. Вообще-то, ответ довольно простой: потому что дворец — настоящее змеиное логово, где до тебя никому нет дела. Когда ты в беде, все счастливы, когда у тебя всё хорошо, все недовольны, даже если их это никаким боком не касается.
— Есть какая-то причина, по которой вы так изолированы?
Елена махнула рукой.
— Тю! Да с чего бы? Я красивая, умная — вот, по-оясимски с тобой болтаю. Невеста великого князя! Что со мной не так? Такое чувство, будто вокруг меня кучка злыдней.
А я начинаю видеть причину: мы знакомы всего минуту, а она даже не пытается быть вежливой. Язык без костей — с таким можно смириться где угодно, но не на юбилее императрицы.
К тому же, она невеста какой-то важной шишки… Не-ет, из этого никогда не выходило ничего хорошего — я начинаю понимать, почему Антон сбежал.
Как по команде, кто-то окликнул девушку:
— Лена! Кто это с тобой? Что за китаец?
Я вздохнул. Ну как обычно — надо было сбежать следом за Васильчиковым.
В нашу сторону шли двое юношей, оба выше меня на голову да с почти идентичными лицами. Разве что, у одного волосы подлиннее, а у другого обстрижены почти под ноль.
Как раз второй и говорил, стремительно приближаясь. Его брат (семейное сходство на лицо) был прямо за его плечом: он медленно следовал за ним, покачивая в руке полупустой бокал шампанского.
— Коля! — просияла Елена. — Я-то думала, ты так и будешь болтать с этими нудными стариками. Иди, посмотри, с кем я познакомилась — представляешь, он жених Марии Вяземской. Его зовут Кикуси Сабуро.
Я с интересом наблюдал за тем, как Елена… вероятно, представляет меня? Хотя, фамилию она произнесла неправильно, так что я медленно произнёс: