Что ж, моё дело — убедиться, что до этого не дойдёт.
Удивительно — у Вяземских было целое поле для дуэлей. Как сказала Мария, очень старое и давно не используемое. Не сносили его, потому что прапрадед Кирилла Антоновича построил его, вложив кучу денег, и расставаться с ним очень жалко. И неуважительно по отношению к предку, куда уж без этого.
Компания у нас… Ну как это описать? Кирилл Антонович, Мария, великие князья, Елена и несколько охранников с одним медиком — взяли на всякий случай. И, конечно же, я. Куда ж без одного из виновников торжества?
Место было чуть поодаль от поместья. Напоминало самую обычную арену — сто раз такие видел. Разве что, выглядела она куда дороже большинства из тех, на которых мне довелось побывать. Оно и понятно: у нас сколотят из брёвен, и красота; только в столице я видел арену из камня, и та использовалась только в те дни, когда королевской чете хотелось присутствовать на казни какого-нибудь особо опасного преступника.
Или просто развлечься в честь какого-нибудь праздника: соревнования, просто бои для развлечения… Правда, на трибунах так шумно и людно, что я и этих сборищ избегал.
Арена Вяземских была не слишком большая, но с высокими каменными стенами. Всюду виднелась изящная резьба — как непрактично. Стены высокие, зато трибун нет — разве что, пара площадок для обзора. Видимо, для секундантов. И всех остальных — например, что тут делает Елена, мне не понять. Просто поглазеть пришла?
Мы с Константином были на арене. Остальные же собрались наверху — пришлось задрать голову, чтобы их рассмотреть.
— Без оружия, — объявил Николай. Его лицо было уставшим — видимо, он вообще не хотел здесь быть, но не мог бросить брата наедине его проблемами. — Разойдитесь на разные концы поля. Начните по сигналу. Без права первого удара. Будьте благоразумны. Если секунданты решат остановить бой, не сопротивляйтесь.
Вроде в руках ничего нет, а звучит так, будто текст зачитывает.
Я глянул на Константина. Двигаться с места он не собирался, так что я вздохнул и побрёл к другому концу арены. Нечего силы тратить, чтобы заставить его уйти — всё равно это совершенно бессмысленно.
Оказавшись у противоположной стены, я глянул на Константина — его фигура стала довольно маленькой. Я погорячился, когда решил, что эта арена не такая уж и большая. Впрочем, наверное это эффект от того, что я был участником боя, а не наблюдателем.
Интересно, услышу ли я сигнал? Далековато — кому-то придётся орать, чтобы до моих ушей хоть что-то долетело.
Стоило мне об этом подумать, раздался громкий звон — я даже зажмурился. Похоже, где-то поблизости был колокол — он и был сигналом, судя по тому, как активизировался Константин. Он стремительно приближался — хотел врезать мне, пока я не очухался? Не выйдет.
Я подождал, когда он окажется совсем близко — учитывая то, что он явно использовал энергию, чтобы себя ускорить, это не заняло много времени, — и сделал удивлённое лицо, внушая ему уверенность.
Что-то мне подсказывает, что вредность Джуну досталась от меня. Но уж больно смешным было лицо Константина, когда я ловко отскочил — учитывая то, что я стоял вплотную к стене, стоило слышать, как вскрикнул юноша, когда его кулак стукнулся от камень. С энергией или без, есть разница между попаданием в человека и в такую твёрдую поверхность. Не самое приятное ощущение.
Константин скривился в какой-то звериной гримасе. А я ещё не верил, что он уродец — ну вот, могу полюбоваться. Великий князь снова замахнулся правой рукой — той же, костяшки которой покраснели и покрылись парой крохотных порезов от удара. Я метнулся в сторону; моя ладонь опустилась на чужое предплечье, пока кулак другой руки, скудно наполненный энергией, летел в чужую челюсть.
Одного удара Константину было достаточно — всё же, люди не такие крепкие, как демоны, и удар с использованием энергии наносит куда больше повреждений. Пришлось постараться, чтобы ничего ему не сломать: ответственным за смерть или увечья великого князя в чужой стране я не хочу.
Константин захрипел, оседая. Мало того, что ему хорошенько врезали, так он ещё и отойти от своей весёлой ночки не успел — конечно же, он быстро сдулся. Я отпустил свою руку, позволяя парню упасть на землю, и присел над ним. Мои пальцы обхватили чужую шею.
Глаза Константина панически забегали. Конечно, с чего бы ему хотеть умирать по-настоящему. Но, как и любого другого мальчишку его возраста, который ведёт себя слишком смело, не думая о последствиях, нужно его припугнуть.
— Ну что, готовьтесь к смерти, — улыбнулся я. — Задушить вас медленно, или быстро сломать шею? Я достаточно добр, чтобы дать вам выбор, Ваше Высочество.