Тогда он взглянул на нее, не как на друга или боевого товарища, а как на девушку. И с тех пор жизнь его превратилась в сплошное хождение по мукам.
Впервые ему приснился сон, после которого он проснулся в поту, а щеки горели не то от страсти, не то от стыда. Он долго стоял под холодным душем, уткнувшись горячим лбом в скользкую плитку, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.
Теперь любое прикосновение, намеренное или случайное, отдавалось не то приятной дрожью и теплом в груди, не то укусом ядовитой змеи.
А имя произнести ее, простое, состоящее всего-то из четырех букв, теперь было сущей пыткой..."
Он долго смотрел на удаляющуюся фигуру изгнанной волшебницы, до боли сжимая кованую ограду. На астрономической башни дули холодные сильные ветра.
Принц смотрел на маленькую темную точку так долго, пока не заслезились от ветра глаза и не окоченели пальцы.
Уже давно разошлась толпа зевак, пришедших посмотреть на изгнание. Стражники потеряли бдительность, не переживая более о том, что воровка могла тайным путем пробраться назад в город.
Уже солнце село, а Теон по-прежнему напряжённо вглядывался в темнеющую кромку леса, непонятно чего ожидая увидеть.
Связь между ними истончилась. Она никуда не исчезла, но если поначалу он мог ощущать эмоции Эвер: гнев, жгучая обида, печаль и тоска по заранее оплаканному дому и друзьям, он чувствовал это, стоя там, на астрономической башне, - и ему самому как будто провели раскалённым железом по сердцу.
То сейчас... Нить их дружбы - а только дружбы ли? - была настолько тонкой, из-за разделявшего их огромного расстояния, что в ответ ему внимала лишь пустота и совсем далёкое, как рассеянный свет звёзд, эхо.
С астрономической башни он спускается лишь когда на город опускается глубокая темная ночь.
В покоях тихо, словно время остановилось. На столе лежат разбросанные книги и одна небольшая - на подоконнике.
Это её книга.
На ковре разыгранная, но не завершенная партия в шахматы. Эвер никогда не питала большой страсти к этой игре, но всегда неизменно составляла ему компанию, вовлекаясь в процесс со свойственной ей азартностью.
Принц упал на кровать, широко раскинув руки. Его взгляд упирается в синий балдахин с расшитыми на нем серебряным звёздами. Эти тона и узоры подходят ему, чародею снов и иллюзий, как нельзя лучше.
- Теон, зачем? - У кровати раздается до боли знакомый голос.
Принц даже не поворачивает головы. Лениво, нараспев отвечает.
- Потому что я так захотел. Побудь со мной немного, пожалуйста.
- Я ведь всего лишь иллюзия, созданная тобою. - Эвер присаживается на край кровати, которая не прогибается под её весом. Пламя свечей, зажжённых в комнате, даже не колыхнулось при ее движениях. И на пол она не отбросила тени.
- Я знаю.
- Теон, так можно ведь сойти с ума.
- Я знаю.
- Тогда не стоит играть с этим.
- О, луна! - Искренне рассмеялся младший принц, подскакивая с кровати. - Меня поучает собственное творение!
Он склоняется близко к Эвер, отчего по иллюзии пробегает лёгкая рябь.
Ему непреодолимо хочется, до боли и судорог в мышцах, дотронуться до ее.
Очертить овал лица и большим пальцем коснуться упрямого изгиба губ.
Он, словно в бреду, наклоняется ближе, к самому изгибу шеи и замирает, рукой опершись на деревянную резную колонну позади Эвер. От нее не исходит ни тепла, ни пряного запаха.
- Неживая. - Произносит он очевидную банальность, и уголок рта складывается в горькую усмешку.
Видение печально улыбается и растворяется, рассыпаясь синими искрами.
Следующее утро проходит точно так же, как и сотни других до него. Венценосный отец с сыновьями завтракают в большом зале под неугомонную болтовню старшего принца Ферина. Наследник обыденным громким голосом рассказывает какую-то не шибко умную и поучительную историю-байку о своих военных похождениях, явно желая добиться внимания и расположения отца, и в привычной ему манере, охваченный сильными чувствами, с размаху от души ударяет кулаком по столу.
Теон от неожиданности вздрагивает и недовольно шипит на брата, но тому до ругани нет никакого дела.
Король краем уха слушает Ферина, невпопад кивая, и периодически кидает тревожные взгляды на младшего сына, чье настроение сегодня мрачнее обычного.
После завтрака, по правде сказать, давно утратившего свой семейный уют и ценность, - а был ли он когда-то? - Теон неприкаянной душой бродит по дворцу, не зная, чем себя занять.