- Ты так и не сказал, кто были те шестеро чудовищ, - напомнила Дездемона. – Они вроде бы хорошо тебя знали? Ты им должен за что-то?
- Это допрос?
- Ну, как сказать… - она залилась ярким румянцем.
- Я слышал, что земные жены начинают относиться к своим мужьям, как к собственности.
- А я слышала, что это мужья относятся к своим женам, как к рабыням. Не ходи туда! Не ходи сюда! Сиди дома и готовь обед!
- К твоей мачехе это явно не относилось, - весьма точно подметил Моран.
- А вот ко мне относится!
- Вроде в замке есть кухня и повара.
- Зато выходить из замка никуда нельзя. Супруг против!
- Ходи куда хочешь. Только с охраной. В одиночестве, как ты успела заметить, не безопасно.
Дездемона расчесала шею. Жемчужины пристали к ней, как липучки. Они уже не жглись и не кусались, но и отлипать не хотели. Вероятно, когда она вернется в замок, они отстанут. Ведь их главной целью было заставить ее вернуться в новый дом Морана, то есть в королевскую резиденцию.
Путь назад оказался коротким. Вскоре впереди показались беломраморные лоджии королевского дворца. Еще рассвести не успело. Линия зари лишь едва алела за горизонтом. Скоро встанет солнце.
Гондола пристала к ступенькам мраморной лестницы, наполовину ушедшей под воду. Колонны и арки вокруг нее обвивали какие-то морские цветы, тянущиеся прямо из моря. Их гибкие стебли по текстуре напоминали мох.
- Это фреилы, - назвал синие цветы Моран. – Они тянутся со дна моря. Если дать им волю, они зарастят собой всю землю.
Из сердцевин цветков действительно сочилась вода.
- Они все разных форм, - присмотрелась Дездемона. – Есть сердечки, звездочки, ключики, бубенцы, ферзи, ладьи, фонарики. Я знаю, что садовники, подстригают самшит в виде шахматных фигур, но как можно придать форму цветам.
- Никак! Они сами придают себе ту форму, какую захотят!
С сердцевин синих цветов капала вода. Дездемона засмотрелась на них и не заметила, как Моран уже оделся и забрался на край балюстрады. Его щупальца обвили лепные украшения перил. В лучах восходящего солнца он выглядел бесподобно. Король-морген!
- После ночной прогулки ты, наверняка, весь день теперь проспишь, - констатировал Моран. – А меня ждут государственные дела и толпы заговорщиков. Пойду со всем и со всеми разбираться.
- Ты от этого не устал?
- Отец предупреждал меня, что на земле будет непросто. Он сам пострадал когда-то от коварства людей. Так что я готовился к сложностям заранее.
В том числе и к трудностям с женой. Наверняка, кольцо-доносчик его личное изобретение. О своих подозрениях Дездемона деликатно промолчала.
Моран вытащил ее из гондолы, легко, как игрушку, и поставил на верхнюю ступень у лоджии. Каким он был сильным! Дездемона томно вздохнула, ожидая, что он притянет ее к себе, возможно, поцелует, но он не стал. Тогда она сама встала на цыпочки и прильнула к его губам. На вкус они оказались прохладными и сладкими, как аромат лилий. Она почему-то была уверена, что у поцелуя с водяным будет соленый привкус моря. Она бы целовала его весь день, но Моран быстро отстранился.
- Что не так? – Дездемона занервничала, видя, как быстро он отстраняется. – Ты ощутил во мне жертву, предназначенную морскому богу? На мне уже есть его печать? Поэтому ты брезгуешь.
Моран отрицательно покачал головой.
- Уже утро, меня ждут неотложные дела. Мне и так пришлось забросить много важного, чтобы гнаться за сбежавшей женой.
- Если б кольцо, подаренное тобой, на меня не донесло, то не пришлось бы за мной гоняться.
- Тогда тебя бы уже не было в живых.
И то правда! Те шестеро синих тварей запросто могли ее утопить.
- Ты не спешишь по делам, - обличила она его.
- А ты не заглядываешь мне в сердце, но ведешь себя так, будто знаешь все мои мысли.
- Какова причина твоего разочарования во мне! Скажи сам!
Моран не хотел говорить, но все же сдался.
- Похоже, мои братья были правы. От земных девушек лучше держаться так же далеко, как от огня, а не ухаживать за ними.
- Но почему? – Дездемона вдруг ощутила себя брошенной и отвергнутой.