— Ужасно, — громко прошептал Владислав Робертович. — Пришли к моему бухгалтеру и забрали под руки. Сообщили, что его подозревают в убийстве. Среди белого дня и перед коллегами… Пришлось за свой счет нанимать знакомого адвоката…
— Понимаю. Не расскажете, каким он был на работе? — Глеб достал из кармана куртки блокнот с ручкой. — Если не хотите общаться, то я пойму…
— Нет, вы что? — улыбнулся тот. — Любые вопросы, господин полицейский…
— Я его уже задал, — процедил Глеб, сверля взглядом собеседника. — И внимательно слушаю…
— Странный этот парень, Игнат. — Владислав Робертович понимая, что Глеб после этих слов смотрит на его одежду, произнес: — О! Не обращайте внимание, уважаемый… Игнат пришел год назад. Я наводил справки с его последнего места работы и пригласил в качестве бухгалтера. Потому что он подавал на несколько вакансий… Огня в глазах нет, но все делает вовремя. А вот жена…
— Ну? — мягко подытожил Глеб.
— Скажу вам так: «Больная на всю голову». Игнатика у нас, оказывается, притесняют. Прибежала и начала бешено орать на моих работников. Они-то шутники… Спору нет… Однако границы дозволенного не переходили… Насыпали ему в какао соли с перцем…
— Нашли слабого?
— Я не могу стоять над ними всю смену… Игнат себя сам настроил… Читает комиксы про инопланетян и всякие заговоры… Жена ему обед носит и ждет, пока он покушает… Как коршун, следит за Игнатиком… Вдруг такое вновь повториться? Носиться с ним, как утка-наседка…
— А почему не уволили?
— Та особа подала заявление в трудовую инспекцию, что я недоплачиваю Игнату за сверхурочные… Мурыжили меня целую неделю… Что будет, когда его выгоню? Жалобы, словно из рога изобилия… Думал, что сам уйдет… — Владислав Робертович достал из кармана жилетки трубку. Вскоре кабинет заволокло тягучим табачным дымом. — Несправедливость в том, что никаких сверхурочных в нашей компании нет. Все отрабатывают до шести вечера и едут по домам. Сейчас межсезонье. Клиентов «кот наплакал»… Но я разгадал эту тайну…
— Слушаю…
Владислав Робертович затянулся трубкой и, кашляя, произнес:
— Игнат прятался у себя в кабинете и ждал, пока остальные покинут офис. Затем куковал до восьми вечера и шел в бар… В день получки…
— В какой?
— На улице Счастья. «Трактир счастья». Самый тупик. Где идет стройка…
— А какой точный адрес?
— Просто доезжаете по дороге до конца улицы…
— Спасибо за информацию. И часто Игнат обманывал?
— Зарплата пришла — Игнат сидит под столом, — усмехнулся Владислав Робертович. — Спросите моих подчиненных, если хотите…
— Сколько отсюда до бара?
— Десять кварталов, господин полицейский. Машину он не берет. Жена близлежайшие заведения оббежала…
— Откуда вам известно?
— Игнат подговорил второго бухгалтера сходить с ним и отпраздновать зарплату. Остап мне и доложил…
— Интересно…
— Цирк, — хмыкнул Владислав Робертович. — Вроде взрослые…
— Какао с солью…
— Да бросьте, господин полицейский. Мне приходилось часто таких видеть. Виновники получили серьезное взыскание и отстранение от работы в разгар клиентов. По закону не могу выписывать штрафы… Кретинов везде хватает…
— Верно.
— Мог ли Игнат убить человека?
— Не знаю. Сам голову ломаю, — не задумываясь, ответил Владислав Робертович, снова прикладываясь к трубке. — Может, только жену… К нам приезжали серьезные заказчики. Игнат увидел у одного из них револьвер в кобуре и дал деру… Аж пятки сверкали… Страшно подумать, если ему в руки оружие дать…
— Понятно. Могу ли перекинутся парой слов с Остапом?
— А почему нет? Сейчас, — улыбнулся Владислав Робертович. Он подошел к правой стене и сильно ударил кулаком по кирпичу. Ответом послужил стук по ту сторону. — Скоро прибудет.
Остап, высокий мужчина в очках и сером офисном костюме, зашел в кабинет. Он постоянно дергал щекой и щурился.
— Звали Владислав Робертович?
— С тобой хочет поговорить сыщик из «Млечного». Будь честен, иначе увезут в отделение…
— Естественно! — в страхе крикнул Остап, держа дверь открытой, будто готовился к побегу после каверзного вопроса.
— Привет, Остап. Скажи, пожалуйста, а Игнат водил тебя в бар? — поинтересовался Глеб.
— Сказал, что каждый уважающий себя мужик обязан выпить с ним пиво…
Владислав Робертович прыснул, едва сдерживая хохот, готовый вырваться наружу. Глеб пытался сохранить серьезную мину и спросил:
— Когда пошли? Скажи число…