- ПОМОГИТЕ!!! - Группа из 20-ти человек уже стояла на ногах. Вождь кинулся к реке. На одном из камней сидел Млечный Путь.
- Безумный ребёнок!!!! Тебе жизнь не дорога!!!! – в бешенстве орал на младшего индиго. – Тебе заняться нечем?
- Беда, - сказал пострадавший и упал без чувств.
Наскоро поставили типи. В нём разожгли костёр, рядом расположили мальчика. Орущая Весна вслушивался в лихорадочный бред, пытаясь собрать воедино обрывки фраз: «льдина», «чужие воины», «страшные» «клеймо шамана», «воины Урагава». Ирокес Орущей Весны метнулся вслед за резким движением тела, в ту же минуту на щеке Жёлтого Камня обозначилась ровная красная черта от атунака вождя.
- УУУУх! – только и успели выдохнуть остальные.
- Ты узнаешь всю силу моего гнева! И он гораздо опасней нрава шамана, - последние слова с трудом слышимы. – Ставьте чумы и обозначайте территорию. Зоркий Орёл, отбирай лучших воинов , отправляй их в деревню за племенем. Пусть всех приведут сюда. Брата моего тоже возьмёте с собой, когда он придёт в себя.
На лице постороннего наблюдателя появилось мерзкое выражение злорадства. Он исчез так же, как и появился. Смех за рекой насторожил Орущую Весну.
- Будьте готовы. Он среди нас, – индиго повернулся к остолбеневшему старейшине, – а ты ?! Ты станешь моей сторожевой собакой. Первым на смерть пойдёшь!
Когда Млечный Путь пришёл в себя, рассказал, что в деревню пришли какие-то люди, ну, то есть, не совсем люди. Они как бездушные предметы, едят еду, пьют, совсем не говорят и взгляд всегда в одну точку. Очень сильные. На них старое клеймо колдуна. Собственно говоря, за что и получил порез старейшина.
Через две недели начались сборы, воины разделились. Часть отправилась в деревню за племенем. А часть осталась готовиться к воссоединению. Два года от Сизого Ветра не было вестей.
**********
Три дороги у сосны
Розошлися до весны,
Красива и извилиста,
У каждого дорога,
По ухабам и тропам обрывистым
Мы дойдём до родного порога.
Индейские мотивы.
Забытые сны.
Сизый Ветер принял из рук вождя мальчишку и усадил его впереди себя на лошадь. Странное состояние не давало покоя индейцу. В душе проснулась симпатия к мальчишке, такая нежная, но в то же время крепкая. Такую любовь испытывают к самой младшей и любимой сестрёнке в семье. Но не к мальчику. В душу закрадывались смутные подозрения. Молодой воин решил не делать поспешных выводов и понаблюдать за братишкой лучшего друга.
- Он мне не родной, - сказал как-то Орущая Весна. – Отец принёс раненного малыша с очередного побоища. Он был таким маленьким и слабым, что мама Эвира сразу приняла его как своего сына…. – Сизый Ветер ждал продолжения, но индиго осёкся и замолчал. Больше на эту тему никто и никогда не заводил беседу.
В глубокие размышления воина стали просачиваться голоса. Он нахмурился, пытаясь отогнать настойчивый шум. И вдруг пришёл в себя. Колонна всё также ехала друг за другом. Млечный Путь спал на его напряженной руке.
- Смотрите в оба. Мы въезжаем в лес, – дал указание воин. Ещё три дня пути и они дома, в родной деревне.
Три дня давно прошли , а они всё ехали и ехали.
- Стоп! Что-то здесь не так, - он поднял руку, давая знак всем остановиться.
- Три дна уже прошло. Мы должны были уже выехать из леса. - зашептал Зоркий Орёл на ухо воину.
- Я знаю. Может мы свернули не туда?
- Не смеши. Лошади знают дорогу лучше нас, - также яростно зашептал в ответ старший.
- В открытом лесу опасно оставаться. Ищем безопасное место!
Привал был безрадостным. Воинам хотелось домой. Да и чувство тревоги поддавало напряжения в отряде. Ночь тревожно отзывалась звуками леса, но среди них маячила тень кровожадного шамана. Он почти восстановился. Осталось нарастить себе кожу.