-Иди! – Орущая Весна вытолкал старейшину по имени Жёлтый Камень. Он упал на колени, восхваляя колдуна. Но волк рычал и скалился. Старейшине пришлось взять в руки атунак и обороняться.
- Хозяин, простите, но я хочу жить, - старый воин почти увернулся от пасти и поранил его. Волк заскулил, отскочив подальше. Из раны пошёл дым. Зверь ослаб на глазах. Теперь он еле полз. Орущая Весна полил солёной водой и старейшину.
- ААААй! – скорчился тот.
- Ты смотри. Белая смерть опасна и для людей, если они ранены – вождь взяв комок соли, втолкнул в рот старому воину, туго обвязав нижнюю часть лица тряпкой , чтобы не выплюнул. Его вытолкали за соляную черту. Волку нужны были силы. Он подполз, вцепился зубами в жертву . Из пасти пошёл дым. Он стал растворяться и рассыпаться как песочная горка на берегу реки. Жалкое было зрелище. Впервые в его глазах стояли слёзы.
«Ты победил меня, внук» - пронеслось в мозгу Орущей Весны. Через минуту тело превратилось в пепел. Жёлтый Камень сильно не пострадал.
- Ты знал, о великий вождь! Ты знал, что я пострадаю не сильно!
- Конечно. Зато пить будешь хотеть долго, ха-ха-ха. – с вождём хохотало всё поселение. Здорово , конечно, что вождь не кровопийца, как шаман, но обиду он свою затаил. До удобного случая.
********
НОВАЯ ЭРА УРАГАВА.
«Не смотри , что золото благородно блестит.
Оно всегда приносит страшную смерть»
Индейские пословицы и поговорки.
За прошедшие года после нашествия зомби Оранжевого Волка, жизнь Урагава заметно улучшилась. Племя обрело влияние среди других себе подобных. Орущая Весна налаживал мир с окружающими его общинами-соседями, постепенно наметились первобытные признаки торговли – натуральный обмен. Главным богатством Урагава была белая смерть, которая использовалась как средство защиты от магии и первая кулинарная специя. Опытные знахари пробовали соль в очень малых дозах в качестве целебной примочки. Хитроумный вождь присвоил себе все заброшенные земли, непригодные для жизни. Именно там находились крупные местонахождения солончака. За неё племена готовы были отдать последнее. Люди обучались новым ремёслам, оплачивая своё образование мешком соли. Собственно, она и стала первой валютой обмена.
Город Урагава рос благодаря новым пришлым людям. Вождя в 18 лет называли никак иначе как Maugana – «золотой вождь», или приносящий богатство. День Мауганы праздновался в день первой народившейся луны и переселения на земли за рекой.
Вот и сейчас грустные глаза Млечного Пути печально смотрели за братом. Его украшали, одевали в богатые новые одежды, сверху пушистые меха. На голову Орущей Весны молодые сочные жрицы бережно надели богатый головной убор, украшенный перьями павлина, филина и фламинго. Он так потрясающе выглядел в эти минуты. Из-под раскрытой индейской рубашки выглядывала бронзовая голая кожа груди, словно рельефно натянутая на мышцы. Одна из девушек с пышным бюстом вплотную подошла к вождю . Она протянула бусы, через голову и как будто нечаянно прижалась своим … своей …. Ммммм. К его лицу. Это было выше человеческих сил. Слёзы застилали глаза. Рука бессознательно нащупала тугие бинты на грудной клетке. На плечо легла ладонь мамы Эвиры. Взгляд её просил пойти с ней.
В чуме Млечный Путь разрыдался уже в голос.
- Мама , ну почему, ну почему такие красивые? Я им так завидую. Я тоже хочу быть его наложницей.
- Дорогая моя. Ты что? У наложниц очень тяжёлая судьба.
- Зато они могут дарить ему свою любовь. ЫЫЫ, - выла девушка и вдруг затихла. Она посмотрела на мачеху. Кажется, их мысли сошлись . Подросток запрыгала от счастья на месте.
- Мамочка, ты гений! – девочка крепко обняла Эвиру.
- Ну, всё пойдём готовиться.
- Угу!
Орущая Весна серьёзно переживал за девчонку. Два раза в год она просто слетала с катушек. Уже не раз Сизый Ветер намекал ему, что «брат-то, походу, испытывает совсем не братские чувства». Мелкий нарочно палился за женским вышиванием или кроем женской одежды. Грубил, не хотел идти на контакт. Вождь очень боялся, что секрет семьи раскроют. В худшем случае, можно было взять на себя позор «батунги». Батунгой в племени называли человека «между мужчиной и женщиной» . Он или она считались больными с рождения.