- Здравствуй. Приятный сюрприз.
- Угостишь кофе? Захотелось выпить с тобой утренний кофе. Можно?
- Конечно, кофе - это ты хорошо придумала. Правильно сделала, что пришла, что-то я сегодня не в лучшей форме. Не обращай внимания. Я не грустный, а просто невеселый. Наверное, после кофе взбодрюсь.
- А что случилось?
- В том-то и дело, что ничего не случилось. И давно ничего не происходит. Меня это бесит.
- Книгу писать не пробовал?
Сомов не удержался и рассмеялся. Ничего подобного от новой знакомой он не ожидал. Петров не удивил, а Нина удивила.
- Думаешь, работа мне поможет?
- Конечно.
- Откуда тебе знать? Мы едва знакомы.
- Не бином Ньютона. По-моему, я уже говорила, что лучше всего у меня получается помогать талантливым писателям. Творческий кризис - неприятная штука. Сейчас пришла твоя очередь.
- Я достаточно талантлив, чтобы вызвать у тебя интерес?
- Да.
- У меня творческий кризис?
- Нет.
- Так почему ты пришла ко мне выпить кофе?
- Хочу быть рядом, когда ты напишешь свою книгу. А еще - ты красавчик.
- А твои работодатели тоже так считают?
Нина хихикнула.
- У меня нет работодателей. Я большая девочка.
- А деньги тебе кто платит?
- Деньги? В Деревне? Ты серьезно?
Сомов смутился, выставил себя дураком перед Ниной. Фантаст, мозг которого настолько примитивен, что не способен привыкнуть к новой реальности. Обычное дело, сначала сказал, потом подумал. Она не рассмеялась, тактичная девушка.
- Прости. Привык, что только я работаю даром.
- Не расстраивайся. Все писатели - эгоисты. Им приходится постоянно редактировать произнесенные слова. Ты лучше многих, но все равно по природе своей писатель, так что иногда тебе кажется, что кроме тебя никого нет.
- Но у меня есть и положительные качества.
- Не сомневаюсь. Слышала, что ты завариваешь замечательный кофе. Жду.
Нина соврала, но Сомову было приятно. Он никогда раньше не задумывался о том, как правильно заваривать кофе. Не мудрил. Кипятил в жезле воду, бросал туда две ложки кофе. После того, как смесь закипала, снимал с огня и пил. Все. Никаких излишеств.
- Хорошо получилось, - сказала Нина, пригубив напиток. - Научишь потом?
Сомов кивнул.
До семинара оставался час. Они пошли прогуляться в парк. Весенние аллеи прекрасно взбодрили его, сильнее, чем кофе. Молодые листочки сверкали под лучами уже жаркого солнца. Птички щебетали. Сомов чувствовал себя свободным и уверенным в своих силах человеком.
- Ты хотел меня о чем-то спросить?
- Многим писателям ты уже помогла?
- Ты - четвертый.
- Да уж.
- Если тебе это интересно, я никогда не смешивала работу с личными отношениями. У тебя нет причин для ревности.
- Ревность - иррациональное чувство, которое не поддается логике и здравому смыслу. Поэтому возникает сама по себе. Причины для ее возникновения обычно не нужны.
- Хорошо сформулировал.
- Да, кое-что умею.
- В твоем случае причину легко увидеть, - сказала Нина.
- Не понял.
- Предположим, ты встретил девушку, с которой готов провести вечность. И боишься, что она тебя отвергнет. А это уже, прости, ревность с причиной.
- Согласен, это вполне обоснованная причина для ревности. Ты, Нина, сейчас поможешь мне написать книгу и отправишься искать следующего клиента, пятого. А я останусь один со своей дурацкой, некому не нужной книгой. Так себе перспектива.
- Нет. Ты напишешь замечательную книгу. У меня не будет причин уходить.
- Ты только что сказала, что не смешивала работу и личные отношения. Значит, мне не на что рассчитывать? И я навсегда останусь четвертым?
- Во-первых, как я уже говорила, у тебя нет никакого кризиса. Во-вторых, ты напишешь свой текст и без меня. В-третьих, я не буду тебе помогать, я буду тебе мешать. Для того, чтобы ты иногда задумывался над тем, что пишешь. Это заставит лучше справиться с работой. Тебя иногда следует немного тормозить.
- Чтобы сначала думал, а потом писал?
- Это ведь хорошо, правда? Но, повторяю, ты справишься и без меня.
- Ничего не понимаю, зачем ты тогда пришла?
- Я хочу быть с тобой.
- Камень сказал, что мы прекрасная пара, - грустно сказал Сомов.
Он понимал, если Нина сейчас уйдет, он больше не никогда не напишет ни единой строчки. Сколько бы Петров его не уговаривал.
- Камни часто сообразительнее людей, - сказала Нина.
- Я знал, что когда-нибудь встречу тебя.
- Рано или поздно это должно было случиться.
Самое удивительное, что они не забыли о семинаре. Сработало чувство долга. Работу надо было закончить. В новом объявлении было указано время начала собрания, кто его написал, Сомов не знал, впрочем, это не имело значения.