Как и оказалось впоследствии, внешне Михасевич вёл вполне благопристойную жизнь: работал, имел семью – жену и двоих детей, и даже был дружинником, нештатным помощником милиции.
Возможно, он ещё много лет продолжал бы совершенствовать свой страшный «вид спорта», а в тюрьмы сажали бы невинных людей, если бы не чутьё и профессионализм следователя, сумевшего доказать, что все убийства – дело рук одного человека…»
***
Конечно, ночь была его любимым временем. Когда смешиваются краски и всякие безобразия, такие заметные днём, ночью не видны. Из окна спальни его квартиры на третьем этаже неприметного дома был виден сквер. Вечерами там прогуливались парочки. Когда позволяла погода, они сидели на лавочках, крепко обнявшись, не замечая никого вокруг. И он мог бы точно так же купить букет цветов и поджидать Её, маленькую, хрупкую, такую неземную, на одной из дорожек этого сквера. А потом они сидели бы на лавочке, обнявшись, и он рассказывал бы ей о своей Любви. И тогда Ей стало бы ясно, что никто другой не сможет так сильно любить Её. И всё было бы хорошо.…Но хорошо бывает только в сказках и сопливых мыльных операх. Наяву всё иначе. Она далеко. Недосягаемая, недоступная и такая желанная. Не его. Ничья.
ОТРЫВОК ИЗ КНИГИ
Отрывок из книги «SLIM» - МУЗЫКА НАШИХ СЕРДЕЦ»
НИКА КОРЗУН
Я родилась 2 февраля 1987 года. Мой отец был известным художником-мультиплекатором и отличался редким трудолюбием. Мама работала дизайнером в доме моделей. Я была единственным, желанным и любимым ребёнком. Меня баловали, задаривали игрушками и уделяли мне всё свободное время. Мой отец и отец Алисы – Роман Адамович Виннер, вместе учились в школе, и долгие годы поддерживали дружеские отношения, поэтому с Алисой мы были знакомы с детства. Я хорошо помню её маму. Она была очень красивая, но никогда не играла с Алисой, как моя мама – со мной. Наши семьи были очень разными. Родители Алисы часто ссорились и подолгу не бывали дома. Мой дом всегда был самым уютным на свете. По воскресеньям мама пекла пироги, и мы ходили гулять – в зоопарк, театр или просто по городу. Я никогда не ощущала одиночества и была очень счастлива.
В детстве мы с Алисой часто представляли, что мы сёстры. У нас был свой особый мир, в который мы никого не впускали. Мы были очень близки, делились своими детскими тайнами и очень скучали друг без друга, если не виделись хотя бы два дня. Только я одна знаю, как Алиса тосковала по матери. Кроме меня, ей не с кем было об этом говорить. Роман Адамович после смерти жены почти не разговаривал с Алисой. Потом он женился на Инге. Она была очень добра к Алисе. К тому же был ещё Савелий. Мы с Алисой всегда мечтали о старшем брате. После женитьбы отца Алиса немного ожила, и я была рада за неё.
А потом несчастье случилось в моей семье. Мне было двенадцать, когда мои родители погибли в автокатастрофе. Их смерть стала для меня огромным горем. Когда ты ребёнок, тебе кажется, что несчастье может случиться с кем угодно, только не с тобой. И если оно случается, ты чувствуешь себя разбитым. В те дни Алиса очень помогла мне. Она, как никто другой, понимала меня. Моя судьба решилась быстро. У меня была единственная родственница – старшая сестра моего отца, которая жила в Люберцах. Отец не общался с ней много лет, и я даже никогда не видел её. Опеку надо мной отдали ей. Через несколько дней после похорон моих родителей она переехала в нашу квартиру вместе с сыном Радионом, которому тогда было двадцать пять лет. В один день моя жизнь превратилась в ад. Всем заправляла тётя. Мой самый лучший в мире дом больше не был моим. Квартира, машина, дача и все деньги, доставшиеся мне в наследство от родителей – всё это попало в её руки. Я же больше не получила ни одного, даже самого дешёвого лакомства, мне не покупали вещи, даже самые необходимые. Зато Радиону она купила кучу дорогих вещей и отдала ему машину моего отца, а сама притаскивала в дом горы обновок, купленных на деньги моих родителей. Я превратилась в прислугу – стирала, убирала, готовила. Единственное, что мне позволялось – это видеться с Алисой. Наверное, тётя не запретила нам встречаться потому, что боялась отца Алисы, который был другом моего отца. Знала бы она, насколько Роману Адамовичу было на меня наплевать. Не смотря на многолетнюю дружбу с моим отцом, он ни разу не поинтересовался моей судьбой. Тётя попрекала меня каждым куском. Радион измывался надо мной. Иногда, когда я не успевала убрать огромную четырёхкомнатную квартиру, постирать их одежду и приготовить еду, тётя запирала меня на ночь в ванной, и мне приходилось спать на холодном полу, накрывшись полотенцем. Я стала хуже учиться. Ужасно похудела от постоянного недоедания. Я думала, что хуже ничего не может быть. Но я ошибалась…