Алиса:
- Любите нашу музыку, а не нас самих. В ней всё, что мы хотим вам сказать, всё, что мы можем вам дать.
Апрель, 2004 год
Апрель, 2004 год
Майкл оставил за Марком Борисовичем выбор места встречи, и продюсер выбрал свой самый любимый ресторан, который находился в центре города, но на одной из тихих улочек. Днём народу там всегда было немного.
Марк Борисович пришёл первым и даже успел сделать заказ. Он помнил вкусы Майкла и знал, что тот не ест мяса и не любит сладкое. Такие же привычки были у его матери Айрин. Майкл вообще был очень похож на Айрин. Он был таким же сдержанным, как его мать, рассудительным и точным в своих действиях и поступках.
Майкл Шеффер появился в дверях ресторана ровно в два часа, минута в минуту. Марк Борисович улыбнулся ему и помахал рукой. Кроме них двоих, в ресторане было всего трое посетителей – пожилая супружеская пара за столиком у камина и средних лет джентльмен, читавший прессу за столиком у дальней стены. Марк Борисович всегда выбирал столик у окна. Ему нравилось смотреть на прохожих, на старинные здание на другой стороне улицы. Он вообще любил созерцать.
- Привет! – улыбнулся Майкл, усаживаясь напротив, - Не опоздал?
- Ты никогда не опаздываешь, - Марк Борисович улыбнулся в ответ, - А я уже заказал нам еду. Надеюсь, твои вкусы не изменились?
-Нет. Я всё ещё вегетарианец.
Майкл совсем не изменился за то время, что они не виделись. Хотя ему уже исполнилось двадцать шесть, он по-прежнему выглядел совсем молодым парнем. Худощавый, но сильный. Широкие плечи, длинные ноги. Фигурой он был похож на своего отца. Тот же гордый разворот плеч, плавность движений, как будто он не идёт по жизни, а танцует. Аристократические руки с длинными тонкими пальцами, смуглая кожа. Статью Майкл был весь в отца – когда-то Вениамин считался первым красавцем института. Волосы ему тоже достались отцовские – густые, чёрные, которые он никогда не стриг совсем коротко – наверное, это была дань современной моде. Теперь короткие причёски носят только скин-хэады, бандиты или военные. А вот глаза Майклу достались от матери. Когда-то Вениамин рассказывал Марку Борисовичу, что именно глаза Айрин привлекли его внимание к ней. И сейчас Майкл смотрел на него глазами своей матери – странными глазами необычно-серого, словно стального цвета.
Официант принёс еду. Пока он накрывал на стол, Майкл задумчиво смотрел в окно, вертя в своих тонких пальцах сигарету. Потом закурил, сделал глоток минеральной воды и обратился к Марку Борисовичу.
- Рассказывай, что случилось. Я у отца пытался спросить, но он сильно занят был. Сказал – Марк тебе сам всё объяснит.
- А ты знаешь, чем я сейчас занимаюсь? – спросил Марк Борисович.
- Конечно! – улыбнулся Майкл, - Все знают Великого и Ужасного Марка Бергмана. У меня есть знакомые в музыкальной среде, и они меня просветили.
- Меня прозвали Великим и Ужасным? – изумился Марк Борисович, - За что, интересно?
- За то, как ты набрасываешься на каждого, кто пытается обидеть твоих питомцев.
- А! – рассмеялся продюсер, - Ну, тогда пусть зовут. Ты бы хоть рассказал в двух словах, как живёшь. Семья у тебя есть?
- Нет, - покачал головой Майкл, - Не умудрился пока.
- Почему?
- Хочу найти такую же неординарную личность, какой была моя мама, - серьёзно ответил Майкл, - Чтобы не разлюбить её даже через двадцать с лишним лет.
Марк Борисович понял, что он говорит об отце, который, не смотря на то, что со времени смерти Айрин прошло много лет, так и не женился больше.
- Да, дружок, твой папа оказался однолюбом. Думаешь, ты тоже такой?
- Похоже, что да.
- Ну, ладно, - улыбнулся Марк Борисович, - Давай о деле, у тебя, наверное, времени не много.
- До пятницы я абсолютно свободен, - ответил Майкл словами Винни-Пуха.
- То, что я продюсер, ты уже знаешь и знаешь, чей.
- Конечно. Кто же не знает великую группу «Slim». Я сам купил два их альбома и даже однажды был на концерте в клубе «Титан», чуть больше года назад. Правда, времени на такие походы у меня обычно нет. А у тебя проблемы с охраной девочек?