― Стой! ― Улли вырвалась, как обожженная. ― Остановись!
Ни Урс, ни пассажир, в замешательстве от ее крика так и не поняли – к кому она обращалась? А она, словно сошла с ума, - дернулась к двери, потом кинулась на спинку водительского сиденья и вцепилась в плечо Урса.
― Останови машину!
Урс ударил по тормозам, но такси еще по инерции большой скорости повизжало мимо бордюров, шаркнуло о раскрошенный край колесом и остановилось.
― Выходи. ― Девушка одновременно гневно и панически приказала это своему спутнику. ― Выходи.
― Улли?
― Тогда я выйду!
Она выскочила, он вышел за ней, неуверенной походкой стал догонять. Урс, как дурак, остался без денег при распахнутых дверях.
«Тронул не там, шепнул не то. Нарвалась» - вяло подумалось Урсу, и одновременно его передернуло от совпадения, что как только он заподозрил об этом крике, как она закричала… На тротуаре они говорили неслышно для него, она его отталкивала, что-то объясняла и, в конце концов, вернулась к машине. Ее спутник плюнул, пнул бетонный кругляш урны и, не глядя по сторонам, медленно перешел дорогу.
Улли села на переднее сиденье.
― А кто двери закрывать будет?
У нее на лице совершенно исчезли губы, она настолько сжала их, и без того тонкие, что они побледнели. Естественная инъекция адреналина в кровь помогала ей протрезветь, но сердце все еще колотилось от пережитого ужаса, ― любитель страстных поцелуев стер ее. Стер!
Аккуратно достав зеркальце, и аккуратно взяв себя в руки, Улли открыла его и поднесла к лицу. Покосилась в сторону водителя и поняла, что он смотрит не на нее. Стер! Как бы поправляя свои короткие, до подбородка, каштановые волосы, девушка еще раз убедилась, что под прядями влажная и белая мочка уха.
Урс положил на руль руки и потерся о них лбом. Он сейчас уснет, и плевать на все. На все предчувствия и на все необычности. Ничто и никогда не сможет сдвинуть эти каменные плиты с места. Это никому не под силу теперь, когда они съели в нем все живое.
― Я закрою двери, ― сказала Улли, ― разворачивай, повезешь меня обратно.
― Деньги есть, или ушли вместе с ним?
― Есть.
― Тогда повезу.
Мотор заглох. Никогда раньше его любимая машина ему не отказывала, так часто – за последние полчаса два раза. Вместо мотора подала голос рация:
― Семнадцатый, ответьте…
кто со мной говорит?
― Я семнадцатый, ― Урс взял тангентку, ― больше вызовы не принимаю.
Он выключил рацию, вздохнул и потянул руки к основанию крепления. Ее сразу нужно было выкинуть, зачем она теперь?
― Семнадцатый… ― она снова включилась, и его ударило слабым током. ― Нельзя прерывать связь с диспетчером.
Улли терпеливо ждала, когда они поедут.
― Я уволился.
Странным было то, что он, не нажав переключения на обратную связь, был понят.
― Это не важно.
― А кто со мной говорит?
― Диспетчер.
― Какой диспетчер?
― Ты должен забрать клиента.
― У меня пассажир.
― Клиента нужно забрать вовремя. Хорошо?
Урс, неожиданно даже для себя, ударил по приемнику кулаком, дрогнув напоследок от боязни, что снова даст током. Рация не слетела.
― Улица Пи, город на краю… четвертый дом, четвертая дверь.
― Ладно, я вызову другое такси, раз у тебя проблемы, ― Улли собралась выйти, но ручка впустую ходила в своей выемке, не было даже ощущения пружины. ― Эй, ты что, заблокировал?