Чего ты хочешь, Рейнира? - повторяет он свой вопрос и в ту же секунду понимает, что его голос звучит угрожающе, хотя он готов молить ее о милости на коленях.
Рейнира кутается в халат, украшенный богатой вышивкой, несмотря на то, что в комнате жарко и почти нечем дышать. Она отворачивается от него, чтобы прийти в себя, а когда поворачивается обратно, ее припухшие от поцелуев губы остаются единственным доказательством того, что Деймону не снится очередной сон.
Разберись сначала со своими желаниями, дядя, - отвечает она и кивает на дверь, недвусмысленно давая понять, что хотела бы остаться одна.
-
Деймон покидает Королевскую Гавань в ту же ночь. Он знает, что ему нужно делать дальше, и это знание, словно путеводная звезда, ведет его за собой на север, туда, где он всегда будет чужаком, нежеланным гостем, которого хозяева вынуждены терпеть не столько из вежливости, сколько из страха.
Однако в Долине его ожидает то, на что он мог надеяться лишь в мечтах.
Зачем вы прибыли, милорд? - холодно спрашивает лорд Ройс, едва сдерживаясь, чтобы не подать знак стражникам. - Если вы рассчитываете на наследство, то зря. Вы не получите ни гроша.
Так Деймон узнает, что уже несколько недель является вдовцом, и его смех волнами катится над Долиной, когда Караксес снова поднимает его в небеса.
Домой он возвращается с рассветом, позволяя себе несколько часов свободы над Простором. Непривычное чувство, что теперь перед ним открыты все двери и простираются все дороги - выбирай любую, вибрирует под ребрами и будоражит кровь, хотя умом Деймон понимает: дорога у него всего одна, и он ступил на нее в тот день, когда впервые увидел Рейниру во сне, еще до ее рождения.
Где ты был? - хмурится Визерис, когда Деймон заявляется на завтрак в одежде, пропахшей драконом и утренней сыростью.
Строил планы на грядущую свадьбу.
Какую свадьбу? - интересуется Алисента с ноткой яда в голосе. - У вас уже есть жена.
Нет, моя королева, - широко улыбается Деймон. - Больше нет.
И вот он, этот момент, которого Деймон ждал столько лет. На лице Визериса мелькает непонимание, а потом - страх, когда давно позабытый кошмар вновь поднимает голову. Его рука дергается, расплескивая вино из кубка прямо на стол, и Алисента вскакивает на ноги, чтобы не запачкать подол платья.
Ты не посмеешь, - хрипит Визерис, как будто невидимые руки душат его, не давая вздохнуть. - Не посмеешь!
Ты обещал мне любую награду, все, что я захочу, - напоминает ему Деймон с усмешкой, и он готов поклясться, что Визерис стер бы ее с его лица кулаками, если бы мог. - Весь двор это слышал.
Но не ее! - гневно возражает Визерис. - Моя дочь - не разменная монета.
И все же ты готов отдать ее за того лорда, который заплатит больше, - Деймон старается говорить спокойно, чтобы не гневить брата еще больше, но Визериса, кажется, это только сильнее раздражает. Он бьет ладонями по столу в бессильной ярости, вынуждая Алисенту в испуге отступить к двери и открыть рот, чтобы позвать стражу, но король сам не дает ей возможности это сделать.
Тебе нужна не Рейнира, а мой трон, - кричит Визерис ему в лицо так громко, что Деймон невольно морщится.
Если бы все было так, - медленно отвечает он, твердо глядя в глаза брату, - я не просил бы ее руки, еще когда она лежала в колыбели.
Деймон лукавит, но Визерису не обязательно знать, о чем он думает на самом деле. Тот застывает с открытым ртом и затуманенным взглядом, как будто вспоминает прошлое, тот день, когда Деймон впервые пришел за Рейнирой. Алисента издает удивленный звук, и Деймон улыбается краешком губ. Хоть что-то этой змее неизвестно.
Я хочу Рейниру, - продолжает давить он голосом мягче бархата, - и возьму ее такой, какая она есть, королевой или нищенкой - все равно. Но не лишай ее наследства из-за того, что нам суждено быть вместе.
Суждено? - переспрашивает Визерис, и по его напряженному взгляду Деймон понимает: вот оно, слабое место короля - в наследии их предков, которое он почитал больше трона и короны, и Деймон рассказал бы ему о своих снах, если бы не был уверен, что брат ему не поверит.
Подумай об этом, - просит Деймон, запрещая себе надеяться, но все равно не в силах погасить крошечный огонек, теплящийся в глубине души.
-
Целыми днями он мается в ожидании ответа Визериса, который, кажется, забывает об их разговоре. Деймон мечется между Драконьим Логовом, Блошиным Концом и казармами Золотых плащей, минуя тронный зал и ужины в кругу семьи, но время отказывается идти быстрее.
На этот раз Рейнира приходит к нему сама.
Однажды ты сказал мне, - она останавливается на пороге его покоев, и Деймон замирает на полушаге, - что для дракона нет ничего невозможного. Но ты забыл уточнить, что это касается только того дракона, чтоносит на голове корону.
Деймон помнит тот день, как будто он был вчера, когда Рейнира рассказала ему про свой сон, а он пообещал ей валирийскую сталь. Честный был обмен, но никто из них не выполнил свою часть уговора до конца.
Отец не согласится, - продолжает Рейнира, и на ее губах появляется горькая улыбка. - Он хочет выдать меня за Лейнора Велариона. А тебя женить на Лейне.
А ты на это согласна?
Голос Деймона звучит грубо, но Рейнира не принимает это на свой счет. Она подходит к нему и тянется за поцелуем, и Деймон наклоняется к ней не задумываясь, как будто они делали так тысячи раз. Рейнира тихо вздыхает и тянет его на себя, пока они не оказываются на постели, застеленной шкурами зверей, которых Деймон когда-то убил на охоте.
Iksis ziry mirre syt se dēmalion?{?}[Это все ради трона?] - шепчет Рейнира, выгибаясь ему навстречу, пока он спускается поцелуями по ее шее к груди.
Vestrā{?}[Ты мне скажи], - улыбается он в ответ почти насмешливо.
Деймон сбрасывает с себя камзол и ныряет руками под юбки черного платья, расшитого рубинами. Она пришла как невеста, понимает он, и от этой мысли огонь в его теле разгорается только сильнее.
Рейнира снова вздыхает, пытаясь унять дрожь, когда он сжимает пальцами ее узкие бедра и разводит их шире, чтобы ему хватило между ними места.
Мне снится сон, - неожиданно говорит она, и Деймон замирает. Рейнира смотрит в потолок, но вряд ли видит его, и он снова целует ее приоткрытые губы, пытаясь найти в себе терпение дослушать ее до конца. - Я вижу Железный трон. И тебя. И вы оба принадлежите мне.
Деймон ждет - радости, облегчения, удивления, хоть чего-нибудь, - но нетерпение и желание поглощают его с головой. Он расскажет Рейнире все потом: о том, как долго ждал ее - дольше, чем она может представить; о том, как любит ее - как никого никогда не любил; о том, что на самом деле их сны не имеют значение - потому что не они сделают их королями.
Деймон? - шепчет она, и на ее лице он видит неуверенность и боль, когда он погружается в ее тело, сдерживаясь из последних сил, чтобы не причинять ей страданий больше неизбежного.
Skoros, ñuha dāria?{?}[Что, моя королева?]
Рейнира слабо улыбается, а потом стонет, когда зарождающееся удовольствие окрашивает ее кожу румянцем, и эти звуки - лучшая музыка для ушей Деймона.
Забери меня на Драконий Камень и сделай своей женой.
Как только найду в себе силы отпустить тебя, - улыбается Деймон в ответ и снова целует ее.