— У тебя хорошо получается, — поддержал ее я, после чего взял ее на свои руки и стал поднимать к потолку.
И вскоре Милиса, сама попросилась в мои объятия тоже.
Музыка играла довольно долго у нас, мы решили забыть о всех проблемах, и просто наслаждались мгновением бесконечности, что так сближало нас.
***
Через несколько часов, детки полностью обессиленные, легки на свои кровати.
Я подошел к Алисе, накрыв ее теплым одеялом, я поцеловал ее в щечку.
— Доброй ночи, — шепотом проговорил я.
— Ты еще придешь к нам? — спросила сонно она, продолжая лежать с закрытыми глазами.
— Обязательно, это был наш не последний танец.
— Мне понравилось танцевать, — призналась она.
— Это было замечательно.
— Только не пропадай, папа, — сказала она, после чего повернувшись лицом к стене, мгновенно заснула.
По телу пробежали мурашки, от ее слов. Она впервые назвала меня отцом, а это значило многое… Гораздо больше, чем я мог себе тогда представить.
Глава 23.
Я стал покидать их комнату, боясь нарушить тишину, чтобы не пробудить их ото сна.
Как вдруг, Милиса, позвала меня:
— Томас, — она выждала паузу, перед тем, как произнести эти слова. — Я рада, что ты появился у мамы.
— Спасибо, — проговорил я, остановившись на пороге.
— Но я не хочу, чтобы мама перестала общаться с папой. Пусть они будут хотя бы друзьями.
— Так и будет, — после этого я ударил слабо кулаком об стену.
— Обещаешь? Что я буду видеть папу?
— Обещаю, — сказал я, видя, как она накрылась одеялом, давай понять, что это все, что она хотела сказать мне.
Я снова вышел подавленным из комнаты, и просто упал в объятия Николь.
— И так происходит каждый день, — проговорила она, жалея, что я увидел всю эту картину, которую ей приходиться переживать день изо дня.
— Это тяжело, как ты справляешься с этим? — хрипло выдавил из себя я.
— Ради тебя Томас, все только ради нас…
Я уткнулся в ее шею, начиная снова дышать ей. Словно ее запах содержал болеутоляющий газ, который заберет всю мою любовь.
Взяв меня за руку, она повела меня на кухню, но перед этим, она закрыла дверь в комнату, в которой сладко спали уже девочки.
Мы присели друг напротив друга, продолжая также держаться за руки.
Увидев свой недопитый кофе, я сделал несколько порывистых глотков, хоть он давно уже остыл, и потерял свой насыщенный вкус.
— Сегодня был замечательный день, — проговорила Николь. — Спасибо, что захотел прийти к нам в дом. Надеюсь, это не последняя наша дискотека, — после этого она мило улыбнулась, и снова заставила меня, в который раз влюбиться в нее.
— Я хочу тебя, — проговорил я, хоть и осознавал, что это сейчас невозможно. Но говоря, эти слова, я подразумевал наверно в них все: «я люблю тебя», «я скучаю», «ты мне нужна» и еще множество чувств, которые я испытывал постоянно к ней.
— Я говорила, что люблю тебя? — проговорила она моими словами, с которых я начал сегодняшний вечер.
— Вроде нет, — я не смог сказать это серьезно, поэтому сразу же улыбнулся. И хоть я слышал от нее множество раз эти слова, наверное, они никогда не надоедят мне сказанные именно с ее уст.
Ведь пока она говорит, что любит, я остаюсь быть счастливым. Чувствую, что я и вправду кому-то нужен. И что самое главное, я не чувствую, что больше одинок…
— Как у нас успехи с книгой? — спросила она, продолжая принимать участие в моем хобби, которое плавно перерастало во что-то большее. — Я нашла хорошее издательство, мы можем издать несколько экземпляров, хотя бы для нас двоих.
— Я был бы рад, подарить тебе такой подарок, написанный и самое главное принятый тобою.
— Тогда едем в издательство, делаем тебе авторское право, подписываем договор и издаем твои труды.
— Как же я хочу скорее дотронуться до своей мечты, — проговорил я, представив на секунду, как в руках держу изданную мною собственную книгу.
— И вскоре твой талант, оценят многие, я в этом уверена.
— У меня нет таланта, я просто слишком много работал над этим.
— Возможно, но ты одарен, пусть это будет талант или нет, неважно, но ты особенный Томас.
— Я бы отдал весь свой талант и все свои книги, лишь только за то, чтобы мы всегда могли с тобою сидеть так оба на кухне. Держаться за руки, и строить совместно наше с тобою «завтра».
Она сильнее сжала мою руку.
— Я готов отказаться от всемирного признания, хоть и жаждал этого все свои осознанные годы. Лишь бы ты, ждала меня всегда дома. Хотела бы засыпать со мной. Хотела и меня. Мне было бы важно, знать с какой любовью ты готовила бы мне ужин. Боясь пересолить, чтобы не испортить вкус, — я слабо улыбнулся, осознавая в каких простых вещах, оказывается, скрывается счастье. — И даже если бы это было бы настолько ужасно, я бы все равно все съел, и поблагодарил бы тебя за прекрасный ужин.