глава 11
глава 11 «Нет, ты не дура, ты просто в любовь поверила. Дурак здесь тот, кто растоптал твоё доверие» Сергей Александрович Есенин Время рьяно бежало к главному зимнему празднику- Новому году. Мокрый липкий снег сменился на нежный, медленно опускающийся на пушистые белоснежные сугробы. Ника недавно вышла из школы, она нервно и быстро шла во дворец культуры, где её должен был уже давно ждать Костя. Покусывая губы, нервно перебирая телефон в кармане, то и дело поправляя шапку, она быстро шла и почти не замечала ничего вокруг. Неподалёку от неё припарковалась машина, из которой спустя некоторое время вышла женщина и юноша, который был примерно того же возраста, что и Вероника. Всё бы ничего, но Ника мгновенно сконцентрировалась на них. Она не могла отвести взгляда от этих двух, потому что за плечами юноши была скрипка. Изначально девушка предположила, что это Костя. Но когда она, стоя на светофоре, рассматривая издалека как те двое не спеша идут в направлении Дворца, получила сообщение от Кости, который интересовался, где она, этот вариант тут же потерял свою актуальность. «Подумаешь, просто один из учеников. Просто один из тех, кто будет играть на этой репетиции оркестра. Что-то в нём мне напоминает…» Тогда Ника сильно ускорила шаг, быстро догнала этих двоих. Вот они уже приближались к парадному входу, тогда юноша придержал дверь… должно быть, своей матери? Внешне Ника не успела разглядеть ту женщину, но, к счастью, она ещё не подозревала, что ей успеет представиться такая возможность. Ника тоже в то время успевала зайти, и юноша встретился с ней взглядом. В его глазах читалось огромное усилие выглядеть обычным, спокойным, возможно он еле сдерживал слёзы. Ника лишь предположила последнее, но любому невооруженным взглядом было видно, что парень сильно расстроен и бледен. Вероника сильно смутилась и растерялась, поэтому не знала, улыбнуться ли ей в ответ, или же лучше поблагодарить. Все трое быстро зашли. В вестибюле был яркий свет, что после мрачной улицы было нетипично и немного раздражающе. Ника спешно пробежалась взглядом по сторонам, заметила Костю. Он сидел на диване с чехлом, нотами и скрипкой. Чем-то усердно натирал смычок. Ника предпочла не здороваться. Она пошла в противоположную сторону в гардероб. Эти места тут же захватили сердце девушки: слеза ностальгии не могла не коснуться её щеки. Сразу вспоминалось детство, когда она с родителями ходила на новогодние праздники, именно в этом театре она смотрела все детские спектакли, а вот тот самый гардероб, в котором мама раньше заботливо зимними вечерами после концертов закутывала её в тёплый шарф. Сотрудницы гардеробы – всё те же добрые старушки со сморщенными руками. Они так мило улыбались 10 лет назад, сейчас они по-прежнему были милы и вежливы со всеми, только время беспощадно потрепало несчастных старушек. Их руки стали ещё более старыми и морщинистыми. Быстро переоделась, Ника мигом взглянула в зеркало. В отражении она заметила Костю. Костя стоял рядом с тем юношей и его матерью, которых Вероника так долго и пристально рассматривала по пути. Костя неестественно сильно улыбался и, казалось, нарочито мило и дружелюбно общался как с женщиной, так и с юношей. Один мимолётно-злой взгляд в сторону Ники - и девушка поняла, что уже непозволительно опоздала. Тут она подошла к Косте. Костя приветливо кивнул головой, затем снова высокомерно поднял нос. -Никита… это Вероника, моя… знакомая. –Костя слегка потупил глаза в пол. Ника поняла, что этот юноша и есть Никита, сын Виктора Сергеевича. Девушка смутилась и испугалась. -Здравствуйте, привет, Костя, очень приятно.- сказала она едва ли не дрожащим голосом. -Здравствуй. К сожалению, если ты хочешь подождать Костеньку, тебе придётся провести время… одним словом, не в зале. Будешь мешать репетиции. Я –Жанна Валерьевна, руководитель оркестра. Это- мой сын, Никитка. Думаю, вы познакомитесь и, возможно, сблизитесь. Ладно, мне пора. Костя, Никита, берите скрипки, партитуры, я жду вас в зале. Остальные, должно быть уже там. –и она побежала, видимо, в гримёрную для артистов, переодеваться. Никита не спеша поплёлся за ней. Жанна Валерьевна показалась Веронике очень активной и жизнерадостной женщиной в контраст своему сыну. «Ей наверно очень тяжело. Всё-таки если мои доводы верны, у неё умер муж. Никита тоскует, очевидно, из-за этого, а его мать – умело притворяется? Зачем ей это? Чтобы поднять настроение своему сыну? И, возможно, это связано с моей семьёй. А что, если это она обвинила мою мать в ложном убийстве?» Мозговой штурм девушки завёл бы её далеко, если бы не резкость Кости, который грубо схватил её за руку и повёл куда-то в сторону. -Почему так поздно? -Задержалась. А что, неужели я пропустила что-то важное? -Ника сейчас запросто возненавидела бы Костю, если бы не благодарность ему за то, что тот дал ей небольшую зацепку, помогающую распутать неясный комок преступления, выводящий путь девушки на человека, подставившего её мать. Костя отчаянно вздохнул. Его бесила в Нике её нетактичность и вседозволенность. -Во-первых, я делаю тебе одолжение, а не