***
— Гэбриел, — сквозь пелену дрёма услышал голос девушки и поморщился. — Гэбриел!
Еле-еле открыл глаза, фокусируясь на лице Бьянки, освещённое лунным светом, и вновь поморщился. Чёрт, мигрень не прошла! Казалось, боли стали только сильнее, перевязывая все мышцы головы в морской узел.
— Ты весь горячий, — услышал встревоженный голос и почувствовал на своём лбу прохладу девичьей ладони. — Надо измерить температуру.
Послышался шорох около прикроватной тумбочки, а после мы измерили температуру, однако я не помнил этого процесса. Я провалился в сон, но при этом слышал тревожное дыхание девушки и ощущал её прохладные пальцы на своём теле.
— Тридцать семь и восемь, — потрепала по плечу девушка, и я вынужден был снова открыть глаза. Сколько-сколько?
— По Фаренгейту? Тогда я остывший труп.
Услышал смешок и ощутил, как она взлохматила мои волосы на макушке:
— Дурак! — и голос вновь принял тревожные ноты. — Будем сбивать температуру?
Махнул рукой, давай понять, что не намерен пить жаропонижающие, и провалился в полусон. Сквозь пелену услышал, как скрипнула кровать, и заметил, как девушка встала с неё и направилась к выходу.
— Ты куда?
— Посоветоваться с Лео.