— Явится сюда? — переспросил Малфой.
— С учетом того, что раньше творилось в школе, я бы сказал, что уже довольно скоро вломится. В конце концов, школа не смогла сдержать даже тролля, а они глупее Крэбба или Гойла.
Выглядел Драко так, словно размышлял, не попроситься ли ему в другую спальню.
— Я подумывал об изучении сигнальных заклинаний, — заметил Гарри. — Интересует?
Гарри подозревал, что с этого момента Малфой начнет брать с собой палочку даже в душ. Он, наверное, считал, что Блэк выпрыгнет из унитаза.
Конечно, сам Гарри брал с собой палочку в душ еще с первого года обучения. Ведь лучшее место для нападения находилось там, где люди считали себя в наибольшей безопасности.
— Внутри коробки боггарт, — сообщил профессор Люпин.
Несмотря на потрепанный вид, учил он на удивление лучше, чем предыдущие два преподавателя ЗОТИ.
— У них нет формы, и они любят темные, замкнутые места. Я обнаруживал их в шкафах, под кроватями и в тумбах под раковинами, — рассказывал Люпин. — Только когда их замечают, вот тогда они принимают форму наших наихудших кошмаров.
Гарри медленно поднял руку.
— Профессор... могу ли я предположить, что вы собираетесь продемонстрировать нам боггарта?
— Для того, чтобы показать заклинание, дающее им отпор, да, — ответил профессор Люпин.
— Вы же знаете, что мы из дома Слизерин, верно? — еще спросил Гарри. — Наши страхи, скорее всего, окажутся... интенсивнее, чем у других домов.
Малфой фыркнул.
— Чего там боятся хаффлпаффцы... собственной тени?
— Важно научиться смотреть в лицо своим страхам, Гарри, — ответил Люпин. — Если не научишься, то они сожрут тебя, и ты навсегда останешься их рабом.
Ученики вокруг переглядывались. Слизеринцы с самого первого года учились держать свои слабости при себе. Любая проявленная слабость немедленно безжалостно использовалась для извлечения выгоды.
Теперь же профессор предлагал им продемонстрировать свои глубочайшие страхи перед лицом всего класса.
— А можно как-нибудь все проделать наедине? — спросил Малфой.
— Если вы один, то боггарт становится намного опаснее, — объяснил Люпин. — Присутствие нескольких источников страха приводит его в замешательство, и он не знает, в кого превратиться.
Затем профессор продолжил занятие:
— Есть заклинание, отгоняющее боггарта, оно требует мощи не только магии, но и разума. Боггартов изгоняет смех.
Профессор Люпин начал объяснять детали заклинания, отгоняющего боггартов, а Гарри задумался, действительно ли смех лучшее средство против страха. За последние три года он практически не смеялся... ну или два года, с точки зрения остального мира.
Невилл иногда бывал забавен, но Гермиона очень редко. Близнецы Уизли считали себя смешными, но Гарри считал их розыгрыши немного чересчур жестокими. Он терпел их, а оба близнеца считали в ответ, что у него нет чувства юмора.
По итогу размышлений Гарри так и не пришел к окончательному выводу.
— Есть ли добровольцы?
Гарри вжался в стул и заметил, что все остальные поступили так же. Будь они гриффиндорцами, все вышло бы иначе. Все, без сомнения, пытались бы выглядеть смелее, чем на самом деле, но в случае слизеринцев никто вообще не хотел туда идти и уж тем более первым.
Взор профессора добрался до Гарри, которому на мгновение показалось, что сейчас его и вызовут первым, но Люпин остановился на Крэббе.
Выяснилось, что Крэбб боялся разочаровать Малфоя, не слишком-то информативно. Вид Малфоя в сарафане оказался забавным.
Но, тем не менее, у Гарри хватило мозгов не выказывать веселья. Несколько одноклассников не проявили такой сообразительности.
Один за другим ученики выходили вперед. Многие боялись родителей, у Гарри осталось впечатление, что часть из них злоупотребляла руганью и рукоприкладством.
Другие боялись Пожирателей Смерти, и некоторым из них показывали убитыми всю их семью. Гарри сделал себе мысленную пометку, большинство из тех, кому показывали их мертвые семьи, втайне протянули ему руку дружбы.
Малфой боялся разочаровать отца. Увидеть Люциуса Малфоя носящим балетную пачку практически стоило цены за подобное зрелище.
По мере того, как ученики выходили вперед, в Гарри нарастала тревога. Выказав страх перед дементорами, он показался бы слабым в глазах остальных, но хуже того, Гарри не сомневался, что сразу после урока часть одноклассников ринулась бы строчить письма родителям.