Мгновение спустя вода загрохотала по контейнеру, сотрясая его. Звук водопада стих, и только тогда Гарри расслабился.
Он услышал приглушенный звук и секунду спустя оказался ослеплен светом, так как Андромеда Тонкс откинула мантию и нависла над ним. Она сняла крышку контейнера.
— Вылезай, — коротко приказала она.
Они все еще находились в тележке, и та до сих пор двигалась. Управлявший ей гоблин рухнул лицом вперед и обмяк.
Андромеда приподняла контейнер и вытряхнула из него Гарри. Он с благодарностью принял свой обычный облик. Никогда в жизни Гарри не испытывал такой признательности за освобождение, даже внутри пещеры лучше, чем оказаться запертым в крошечной коробочке.
Гарри изменился и поднялся на ноги.
Указал палочкой на водителя и произнес:
— Конфундус!
Секунду спустя гоблин очнулся и огляделся в замешательстве. Ничего удивительного, его только что оглушили и приложили Конфундусом, так что соображал он сейчас довольно плохо.
Сириус ошибся как минимум в одном. Никаких дюжин драконов, каждый из которых охранял собственное хранилище. Здесь присутствовал только один дракон, и гоблины не проявляли желания поведать о способе, которым его контролировали.
— Чт... чта происходит? — спросил гоблин.
— Ты упал, дурак ты эдакий! — закричала Андромеда. — Ты что, пьян?
Она годами находилась рядом с Беллатрисой, и пусть Гарри оказалось не с чем сравнивать ее выступление, но гоблина оно убедило.
Гоблин поднес руки ко рту и уставился на них.
— А чем мы занимались?
— Ты вел меня в мое хранилище, — надменно заявила Андромеда. — Вместе с моим слугой.
Гоблин немедленно бы встревожился, не окажись он под воздействием Конфундуса. Портреты Гарри висели на каждой стене, контролируемой министерством, плакаты "Разыскивается", предлагавшие награду за него, не меньшую, чем у Пожирателей Смерти.
Любой, поймавший его, оказался бы в затруднительном положении, кому же сдать Гарри. Принимая во внимание легендарную жадность гоблинов, Гарри сдали бы министерству еще до того, как он успел бы выйти из вестибюля банка.
Но сейчас гоблин лишь кивнул смущенно.
Гарри также прибег к маггловским способам маскировки. Изменил цвет волос, превратившись в блондина, вроде Малфоя, и скрыл свой шрам.
Очки Гарри выделялись, так что он достал маггловские, большего размера и сильнее закрывавшие лицо. Также они скрывали его глаза, которые, как ему говорили, являлись весьма узнаваемыми.
Несмотря на все это, Гарри сомневался, что без Конфундуса удалось бы одурачить гоблина. Просто благодаря маскировке смущенный гоблин легче принял их личности. Это не продлится вечно, так что гоблину придется потом стереть память.
Не прошло и нескольких секунд, как тележка остановилась с резким рывком.
Прямо перед ними находился привязанный дракон, охранявший четыре или пять хранилищ, находившихся в самом низу. Выглядел дракон не очень, чешуйки его порозовели и слоились, глаза отливали молочным и розовым, и также цепи сковывали обе его задние лапы.
Маггловские власти наверняка пожаловались бы на жестокость, предполагая, что они вообще поверили бы в драконов. Тем не менее, гоблины, обращаясь с низшими формами жизни, исходили не из столь высоких стандартов.
Как подозревал Гарри, на самом деле гоблины и волшебников считали низшей формой жизни.
Дракон взревел и раскрыл крылья, насколько ему позволяло пространство вокруг. Крылья его задели противоположные стены пещеры. Дракон смотрел на них как-то неправильно, и Гарри предположил, что он частично слеп. В любом случае, то же самое утверждали и источники Дамблдора.
Гоблин вытащил несколько наборов металлических инструментов, протянул по одному Андромеде и Гарри. Гоблин проигнорировал Беллатрису, чью роль отыгрывала Андромеда, решив, что она уже бывала здесь ранее, и повернулся к Гарри.
— Зрение у дракона плохое. Он почти слеп. Когда слышит эти инструменты, то ожидает боли. Не потеряйте свой набор или Гринготтс не несет ответственности за вашу безвременную кончину.
Гоблин ухмыльнулся, демонстрируя широкую, зубастую улыбку. Гарри вдруг стало тревожно рядом с гоблином, пусть даже попавшим под Конфундус. Возможно, из-за того, что он каждый год по два раза слушал, как Биннс заученно перечисляет гоблинские войны. Или просто сам факт знания о том, насколько глубоко гоблины ненавидели волшебников, и, как подозревал Гарри, они просто выжидали, готовясь к очередному восстанию.
Они затрясли жестяными погремушками, и ужасное эхо заметалось по пещере. Дракон застонал и отступил, и Гарри, приблизившись, увидел, что вся его морда изуродована шрамами.