Как подозревал Гарри, вот теперь она не колеблясь убила бы его.
Он не имел ни малейшего представления, насколько далеко перезагрузится, но независимо от момента щиты крови падут. Пусть Гарри и устал повторять все с самого начала, у него появилась бы настоящая возможность изменить ход событий.
Гарри взвешивал шансы: убьет ли его Амбридж или просто оглушит и подождет дементора, когда дверь внесло внутрь взрывом.
Он видел, что происходит в отражении на ближайшей к нему тарелке. Волдеморт, высокий, как и всегда, стоял в дверном проеме, впечатляющий в своем полном параде. Гарри не мог разглядеть толком его лицо, чтобы решить, изменило ли использование чужой крови внешность Темного Лорда.
— Да как вы смеете! — закричала Амбридж. — Я — министр магии!
Она, очевидно, не узнала Волдеморта, так как никогда не видела его. Иначе чувство самосохранения подсказало бы Амбридж благоразумнее выбирать слова.
Даже не пошевелив своей палочкой, Волдеморт призвал палочку Амбридж прямо из ее руки. Она осознала, что стала, в сущности, беспомощна, и ахнула.
— Где мальчишка? — спросил Волдеморт. — Мне сказали, что он здесь.
Через открытую дверь за его спиной доносились звуки битвы. Тем не менее, звуки эти затихали прямо во время разговора Волдеморта и Амбридж.
Гарри преднамеренно выбрал время ограбления банка в конце рабочего дня, стало быть, большинство работников министерства уже разошлись по домам, и здесь оставался только минимальный состав.
— Я не знаю, — с вызовом ответила Амбридж.
Прежде, чем она успела объяснить, что Гарри спрятался, Волдеморт указал палочкой и произнес:
— Круцио.
Амбридж закричала и повалилась на пол, забилась в агонии.
Змея, которую Гарри созерцал в видении, вползла в комнату, и смотрелась она крупнее, чем в воспоминаниях Гарри. Учитывая его нынешние размеры — семь дюймов в длину, — двенадцатифутовая змея казалась воистину исполинской.
— Дело практически завершено, — прошептала змея. — Вскоре все окажутся под контролем и завтра они возьмут коллег под контроль, одного за другим. К завтрашнему вечеру все правительство станет нашим.
Они используют Империо на всех. Гарри отчетливо представил, как все пройдет. Руководители будут просто вызывать к себе в кабинет подчиненных, одного за другим, используя Империо на каждом, пока все правительство не окажется под контролем Волдеморта.
Быстро, бескровно, никакого риска восстания подчиненных или попыток предупредить население, ведь все будут под его контролем.
Единственный риск, если кто-то до наступления завтра сбежит из министерства и предупредит остальных.
— Могу я ее съесть? — спросила змея, уставившись на Амбридж голодным взором.
— Боюсь, она мне еще пригодится, — ответил Волдеморт. Наставил палочку на Долорес. — Империо! Расскажи мне, где Гарри Поттер!
Неподдельно довольный вид скользнул по лицу Амбридж, и она ответила мечтательно:
— Он прячется где-то в комнате. Когда вы вломились, я как раз пыталась найти его.
Волдеморт вскинул глаза и пробормотал заклинание.
Гарри уже двигался, прыгая с полки на полку в попытке добраться до вентиляционного отверстия до того, как Волдеморт закончит заклинание обнаружения людей. Он не знал, сработает ли заклинание на анимаге, но не мог рисковать.
Только одно заклинание он практиковал как невербально, так и без палочки, и теперь прибег к нему.
"Акцио решетка", — подумал Гарри.
На миг ему показалось, что ослабленного Акцио окажется недостаточно, но секунду спустя решетка пролетела по комнате.
Волдеморт наставил палочку и произнес:
— Акцио хорёк.
Гарри обязательно ухмыльнулся бы, если его нынешняя форма оказалась бы физически способна на такое. Он не хорек, а мангуст. Похоже, Волдеморт никогда в жизни не бывал в зоопарке.
Мгновение спустя он уже находился внутри вентиляции. Не осталось времени искать ловушки, установленные министерством; если его убьет, то так тому и быть.
— Давай за ним, — услышал он слова Волдеморта.
Мгновение спустя до него донеслись звуки разбивающихся о пол тарелок; огромная змея скользила вверх по полкам, направляясь к входу в вентиляцию.
Мангусты — природные враги змей, но в сражениях они полагались на скорость и ловкость. В ограниченном пространстве вентиляции Гарри оказался бы практически беспомощен.
Гарри внезапно понял, что надеется на ловушку впереди. Легче умереть от ловушки министерства, чем оказаться съеденным заживо или еще хуже, съеденным и затем извергнутым обратно, к ногам Волдеморта.