— Знаешь, что, — сказал Гарри, — поговорим об этом позже. Если кто-то будет доставать тебя, то приходи и расскажи мне о том.
Лицо Колина просияло, и Гарри немедленно пожалел о своем предложении. Кажется, Криви физически был не в состоянии скрывать эмоции, все ощущения немедленно проявлялись на его лице.
У Гарри появилось смутное ощущение, что Криви проживет меньше, чем он сам.
К ним направлялся новый профессор, с которым Гарри еще не встречался лично. То, как на профессора смотрела Гермиона, вызывало у Гарри легкое беспокойство и мысли, не успел ли тот уже поколдовать над ней.
Профессор протянул ему руку, и Гарри радостно пожал ее, так как счел, что новый преподаватель больше других подходил на кандидатуру Пожирателя Смерти, а то и самого Волдеморта в этом учебном году. Ожоги не появились, так что, по крайней мере, в нем не притаился Волдеморт, в каких-нибудь неназываемых вслух частях тела.
— Гарри Поттер! Я надеялся встретиться, когда подписывал свою новую автобиографию, «Магический Я», но так и не заметил вас.
Гарри убрал руку.
— Наверное, я приходил туда в другой день, профессор…
— Локхарт… Гилдерой Локхарт. Преподаю ЗОТИ в этом году, — и Локхарт повернулся к Криви. — Уверен, мистер Поттер не откажется сфотографироваться со мной.
Гарри быстро отступил в сторону.
— Нет необходимости. Только что рассказывал Колину, как хотели бы заполучить мою фотографию Пожиратели Смерти.
Гилдерой замер, улыбка застыла на лице.
— Насколько мне известно, любой, пытающийся меня сфотографировать, помогает врагам. Уверен, что вы здесь не за этим.
Гарри пристально посмотрел на Гилдероя.
В отличие от Малфоя, Локхарт не побледнел. Просто улыбка стала еще более деревянной.
— Тем не менее, — продолжил Гарри, — Криви умирает от желания испытать фотоаппарат. И кто подойдет лучше для первой фотографии, нежели знаменитость?
Пока Колин фотографировал, Гарри стоял у него за спиной. Теперь рядом с Локхартом придется быть предельно осмотрительным, ведь Гарри, в сущности, практически прямым текстом сообщил, что подозревает его.
— Если твой фотоаппарат пропадет, сразу зови меня, — прошептал Гарри Колину, когда Локхарт отошел.
Вид у Колина стал испуганным, и Гарри решил, что это хорошо.
Страх, вот чему в первую очередь следовало научиться каждому слизеринцу. Страх помогал выжить и подпитывал амбиции. Других пугал страх неудачи, безвестности, посредственности. Страхи Гарри просто гнездились немного глубже.
— Пора на урок, Гарри, — сказал Локхарт, уже не таким дружелюбным тоном.
Гарри кивнул и направился в класс ЗОТИ.
Первый урок оказался полностью бесполезным, посвященным вопросам автобиографии Гилдероя. Гарри, конечно же, прочел книгу, пытаясь понять, насколько умел Локхарт на самом деле.
Если верить написанному, то перед ним стоял второй Дамблдор. Но все же Гарри почему-то сомневался в этом. Локхарт выглядел чересчур уж приглаженным и лощеным. Только тренируясь непрерывно, он стал бы так хорош в магии к своему возрасту. Ни на что другое у него не осталось бы времени, особенно на писательство или изучение того, как убеждать людей в том, что выгодно Гилдерою.
В то же время, Гарри не мог позволить себе роскоши считать написанное Локхартом ложью. Если Гилдерой и правда был так опасен, как заявлял, то предстоящий учебный год определенно затянулся бы.
Пусть Гарри и читал книгу, но не имел ни малейшего представления, какой цвет любит Локхарт, когда у него день рождения или что он там считал идеальным подарком. Все это было крайне несущественно в сравнении с умением сражаться и готовностью убивать.
Также Гарри собрал сведения о Гилдерое, благо жизнь его являлась достоянием общественности, за исключением загадочного исчезновения на три недели. Сам Локхарт заявлял, что его похитили тролли и, несомненно, врал, так как те немедленно сожрали бы его.
Данная история вызывала неприятные воспоминания об исчезновении Квиррелла, после которого тот появился с пассажиром на затылке.
Еще Гарри интересовало, не преднамеренно ли Локхарт строил из себя тупицу. Квиррелл плохим обучением активно портил изучение защиты, скорее всего, для того, чтобы в нужный момент ученики не смогли бы дать отпор.