— Но она — леопард, как и ты! — ахнула я.
— Да, твоя мама заставила Олю обернуться и убила её волчицу.
Хорошая, добрая… Видимо, не совсем. С другой стороны, пара влюблённая вместе осталась.
— А так бывает? — удивилась я.
— Да, потеряв волчицу, Оля стала человеком, и я успел поставить ей метку котолака. Она обернулась, мы поженились.
— Оля не хотела тебя? — с сожалением посмотрела на котолака.
Он усмехнулся, тряхнул тёмной шевелюрой:
— Хотела. Всё правильно, но слишком жестоко поступила Многоликая, Оля до сих пор забыть не в силах.
— Ну и пошла твоя Оля, — с вызовом прошипела я. — Я-то тут при чём?
— Не надо обо мне в третьем лице в моём присутствии, — раздражённо сказала Оля и с чашкой чая села рядом с мужем. — Не дай бог, тебе, Ясения, узнать, что значит, потерять своего зверя, с которым ты родилась. Пустота, боль, страх. И даже когда на замену дают другого, чувство потерянности не исчезает. Это тяжёлая утрата, которая наносит увечье душе и телу.
Вот какая у меня была замечательная мама, загрызла Олю. Мне не светит это. Я даже их поссорить не смогла. Сидели напротив, два сапога пара. Целовались. При мне одинокой.
Ну, хотя бы выяснила, почему меня Оля Ниловна так грызла.
Я взяла свою корзину и положила на дно две книги.
— И куда это ты? — фыркнула Ольга.
— В лес, что б тебя не видеть.
— Ты действительно не уважаешь старших, — вздохнул Лео. — Останешься в доме.
— Чтобы слушать, как вы трахаетесь?! — возмутилась я. — И вы воняете!
Отвернулась и вышла из дома. Спиной чувствовала их тяжёлые взгляды.
***
Что мой папа мог путного написать? Первое предложение в книге: «Генерируйте манну на уровне глаз». Всё, дальше можно не читать. Я не фига не поняла. Ладно, я играла в компьютерные игрушки. Допустим, манна — это колдовская энергия внутри мага. А я не колдовала! Так что манна для меня — это каша. И как её генерировать на уровне глаза, папа не пояснил.
Но книга красивая. С картинками не по теме.
Я сидела на краю бассейна, болтала ногами в воде. Надо мной шумели высокие деревья. Ветер скидывал с них сухие листья и уносил их в полуразрушенную башню.
Ардис спал на сине-зелёной плитке глубоко под водой. Выходить не собирался. Обиделся. Меня целый день не было.
Книгу я решила сохранить, раз мой папа Пассарион её написал. Почитаю лет через триста. Когда стану великой колдуньей.
Я пошевелила ногами. Брызги разлетелись в стороны. Капли сияли на солнце. Если Ардис не выйдет, я нырну за ним, постараюсь разбудить.
Я раскрыла книгу на середине.
«Когда иной колдун желает своими силами препятствовать переносу в пространстве, сделайте обманный манёвр, измените направление».
Гениально! Если на вашем пути кто-то стоит, сверните в сторону!
Нет, я эту книгу через пятьсот лет буду читать, просто из уважения к папочке. Когда оно, это уважение, появится? Я им не могу простить, что так долго жили и бросили меня, когда родилась.
Я часто задумывалась, как бы жила, если бы родители были рядом. Мне б не пришлось путешествовать. Или я путешествовала с ними. С добрыми. Любящими. Прекрасной парой, папой с медовыми волосами и васильковыми глазами и мамочкой с темно-русыми волосами и карими глазами. Говорят, я на маму похожа.
Ардис высунул морду из купальни. Хитро прищурил синие глаза и плюнул в меня водой.
Я упала назад и промокла до нитки. Стала нервно стряхивать воду со страниц книги. А она чернилами написана! Из неё листы стали выпадать.
От моего вопля дракон прищурился.
— Что наделал?!
Я показала ему жалкое состояние рукописи.
— Я хотел поиграть с тобой. — Дракон виновато прижал уши.
— Эту книгу писал мой папа! — заплакала я. — Что я Лео скажу?
Опала на землю и расплакалась. Обняла свои колени. Мне показалось, что последнюю нитку, что связывала меня с Пассарионом, обрезали.
Дракон обвил меня хвостом и спрятал в тени своего крыла.
— Про что была книга? — серьёзно спросил он.
— Работа с пространством, — захлёбываясь рыданиями, ответила я.
— Так у меня есть эта книга, — заявил Ардис. — Может, даже твой папа писал.
Всхлипнула и посмотрела на его улыбающуюся морду.
— А где она?
Вытерла слёзы.
— На острове, недалеко. — Дракон протянул мне свою когтистую лапу. — Полетели?
— Полетели, — улыбнулась я и дала ему свою ручку, свою крохотную ручку по сравнению с его ладонью.
Он подставил мне шею. И я уже лихо и бесстрашно забралась к его ушам. Устроилась удобно, получая кураж оттого, как он прыгает, отрываясь от земли. Как мои волосы в порывах ветра, что раздувают его крылья, во все стороны торчат.