« Да-да, не напоминай. В конце концов, я не виновата, что у меня был подобный голод. И вообще. Что-то у меня голова болит…»
«Поспи, Малышка, ночь на дворе, а ты шебуршишь под водой, хорошо водяного у нас нет»
«Тебе хорошо, не чешешься, а я только и могу что в воде шебушиться, да думать обо всем»
« Что с ментами делать-то будем?»
«Ой не знаю. Я-то и из страны спокойно свалю, а Дима? За ним тоже слежка. Теперь наверное и за Антоном. Но с этим не моя проблема, пусть Мор сам разбирается со своим птенцом. Или Князь со своим подопечным.»
«Ты же сама сказала, что вы взаимно дополняющие друг друга, уедешь ты - отстанут от него. Вероятность достаточно высока»
«Ладно, поживем-увидим, иди спи»
Пошевелив телом, я вытащила крылья на поверхность, чувствуя как старая шкура лопается в районе лопаток, сползая на дно и смешивая с водой сукровицу. Вода пыталась меня лечить, если так можно сказать про стихию, но линька не болезнь. Да и вода не пламя, как и я не Водный Дракон. Огонь лечит всех Стражей, но любая другая Стихия лечит лишь принадлежащих ей.
Мороз, который ещё не собирался уходить из этих краев, охладил крылья и их перепонки. Хорошо…
Вернув конечности под поверхность воды, я нырнула туда с головой, сворачиваясь в клубок и покрывая раны илом. Действительно, мне стоит поспать…
***
Проснулась я через два дня. Неожиданная спячка принесла мне неожиданную бодрость, ясность мыслей и новую шкуру, которая даже на вид была более крепкой и отливала всеми оттенками меди и рубина. Помимо этого оказалось, что и мое тело подросло и стало выглядеть более матеро. А ещё хотелось есть.
Или скорее жрать.
Модификация тела не прошла без последствий и мне пришлось выбежать из теплого озёра, воды которого нагрелись от моего тела. Тонкий слой влаги моментально испарился с моей грудной клетки и шеи, при этом застыв корочкой льда на крыльях. Впрочем, стоило ими пошевелить и все осыпалось блестящей крошкой, развивающуюся на ветру в том месте, где моя тушка была секунды назад.
Научившись летать не как похищенная НЛО корова, я полюбила это занятие, что, опять же, было предсказуемо. Любой дракон любит летать, чем я и занялась, держа курс на юго-восток, предварительно поднявшись над облаками, скрываясь от возможных глаз.
Многие не задумываются над тем, что за каждым существом планеты следят через спутники, где ведут записи разношерстные камеры, которые были способны заснять едва ли не каждую черту лица. Интересен тот факт, что нас, летающих ящериц, эти милые технологии не затрагивали. Каким-то образом чешуя отражала любые попытки слежки, что облегчало современную жизнь Драконов.
Представить страшно какие и сколько понадобилось бы городить щитов, чтобы оставаться незамеченными. А так было достаточно лишь отвода глаз от излишне зорких смертных.
Часа через полтора я летела там, где водилась еда. В основном лоси – то что мне сейчас и надо. Рядом бегали ещё и кабанчики, на всякий случай.
Первая подходящая туша на ножках показалась через двадцать минут не быстрого планирования, находилась она как раз там, куда я смогу приземлиться – на небольшой поляне, около ельника.
Как оказалось, одной тушки мне было мало. После «пиршества» остался скелет, требуха и окрашенный кровью весенний снег.
Где-то здесь были запасные кобанчики… хотя, чувствуя подобного хищника как Сериандрэй они давным-давно убежали подальше и не смотря себе под ноги. Пришлось вновь расправить крылья для полёта, усиленно вспоминая, а есть ли в этой местности подобные поляны, где я могу приземлиться.
Выходило что нет. Единственная более-менее открытый участок – болото.
Ладно, авось повезёт.
К предыдущим следам добавились ещё и рытвины от лап, после моего взлета.
В связи с ельником, пришлось больше ориентироваться на инфракрасное зрение, смотря сквозь ветви на все живое, стараясь не обращать внимания на маленькие звёздочки – белки, птицы, маленькие пичуги. Кое-где, в норах, спрятались змеиные гнезда, мыши, ежи и прочее. В один момент мне встретилась оголодавшая волчья стая и во мне, нежданно-негаданно, проснулись ни то жалость, ни то сострадание. Пришлось скинуть умерщвлённого вепря прямо перед ними. Жаль взгляда было не видно.