Ноги перестали держать, и Хелл опустилась на землю, под ноги опешившему Кайдену, не заботясь ни о школьной юбке, ни о тонких колготках, по которым тут же пошли «стрелки» из-за жесткой жухлой травы.
- А теперь, пупсик, - она говорила шепотом, обращаясь к Каю, - вспоминай. Кому насолила ваша стая, что даже спустя четыре года Окурки бегают за единственным выжившим? Притом не просто бегают, а отправляют не самого слабого Многоликого.
***
Оставив Кайдена вспоминать, Хелли кое-как открыла портал к себе в комнату, проводила Ника до ворот и медленно направилась в ванну, где стянула форму и по нос погрузилась в горячую воду.
Через полчаса как она вылезла, пришла Наташа, но Хелл этого не заметила. Отключилась, стоило залезть под одеяло и даже ее новый Учитель не перенес ее в пустыню, как будто бы чувствуя, что его пошлют далеко и надолго.
На следующее утро она проснулась почти в полдень. Увидев время, сначала подскочила, но поняв, что уроки заканчиваются через пару часов, легла.
Только теперь она почувствовала, всю прелесть опустошённых резервов. Голова раскалывалась, глаза были сухими, а единственное желание – спать. На лицо симптомы простуды, особенно если учесть, что у двуликих нормальная температура 38-39 градусов.
- Проснулась? – из стены вылез Афанасий и внимательно посмотрел на свою Хозяйку. – Сегодня утром, когда Юля зашла тебя будить, поздновато, кстати, пришла, ты всех благополучно обругала на латыни, что-то пробурчала и сказала что болеешь. Твоя мать, посмотрев на состояние тела, а ты выглядела как суточный трупик с красными глазами, отпросила из школы на три, тире, четыре дня.
Закрыв глаза, Хелл плотнее вжалась в мягкую подушку и почувствовала вес небольшого тела, прыгнувшего на кровать. Замурчав громче мопеда, Филя залез под одеяло.
- Рассказывай, что вчера произошло, – подняв веки, девушка увидела домового, сидящего на комоде.
- Перезанималась.
- Чем?
- Менталом.
- Не расскажешь?
- Не-а.
Повернувшись лицом к стене, Хелл вновь закрыла глаза и уснула, напоследок вспомнив, что не чувствовала себя так паршиво, даже тогда, когда, вытаскивала Кая с того света. Хотя, тогда, она использовала магию Крови и все симптомы были как от недостатка «материала», то есть слабость и сонливость, сейчас же использовалась ментальная магия и, соответственно все проблемы связаны с головой.
В следующий раз она проснулась через два часа, и все-таки спустилась вниз. По дороге она увидела себя в зеркальной двери шкафа купе, где находилась верхняя одежда и обувь всей семьи. Волосы взлохмачены и запутались, вчера она не заплела привычную косу на ночь, глаза светились как в первое полнолуние, а под ними появились темные мешки.
Хорошенько перекусив, девушка оделась и вышла на улицу, на задний двор. Погода была паршивая, тяжелые тучи какого-то свинцового цвета покрывали всю площадь неба, холодный ветер не спешил их разгонять, а лысые, скрипящие ветви деревьев не добавляли хорошего настроения. Подойдя к вольеру Джека, Хелл выпустила его на улицу и сменила воду в миске. Посмотрев вокруг, она отметила уже привычную сухую траву, засушенные пенечки цветов, пустые участки земли, где находились пару грядок и багровые лозы с колючками, когда-то бывшие айрисом.
Уже у себя в комнате, Хелли вытащила одну из многих работ Лихослава. В первые дни, года три назад, витиеватый почерк был достаточно не понятен, но постепенно он стал привычнее ее собственного. По знакомой схеме, девушка переводила текст латыни, записывала уже по-русски на другом листике, а не знакомые слова, либо с помощью Google, либо догадывалась по смыслу предложения.
Послышался писк мобильного и, отложив ручку, девушка открыла смс.
Пары до пяти, пойдем сегодня?
Вчерашние приключения не прошли даром, братишка.
Помощь нужна?
Нет. Завтра до скольки?
Вроде бы до трех.
Наташка до семи, приходи.
Ок.
***
На этот раз воронка телепорта оказалась красного цвета.
- Мне кажется или позавчера она была зеленой? – Никита, заметив перемены, решил-таки спросить.