- Возьми серебряное.
- А ничего что я оборотень?
- Не волнуйся, оно специально обработано. К тому же серебро – твой металл.
- С чего ты это взял? – одну из серебряных пластин она все-таки взяла и вновь пошла за очень уж шустрым призраком.
- Вижу. Начинай.
И она начала. «Резьба» проходила долго и муторно, а из-за своего маленького роста пришлось из Асмодея сделать «табуретку» чтобы дотянуться до верхушки. И только через три часа у маленькой квентеровки получилось дважды обвести каракули… то есть руны, и соединить под пристальным взглядом призрака «ключ» и арку.
Уже перед закатом солнца Хелли смогла вернуться домой, чувствуя в сумке два увесистых фолианта, она прошла в свою комнату, никого не встретив по пути…
***
Последующие дни прошли очень быстро и насыщенно. Арка все же работала, и ее тестирование прошло успешно, Слава приходил в одно и то же время ровно на полтора часа, у Хелл начало получатся подчинять свою силу. Совсем немного, но все же. Переезд удался, а Джек немного офигел от происходящего.
Новый дом был большим, светлым и что самое главное: не было выхлопных газов от машин. Комната, доставшаяся Хелли, оказалась на втором этаже, а окно выходило на сад, который видимо, развели предыдущие хозяева.
В целом не все так плохо, а друзей у Хелл и не было вовсе… в отличие от Таши.
«Сегодня придешь?»
«Боюсь что нет, мне некуда пойти чтобы без палева остаться на два часа, пока дома все»
«А если с Джеком?»
«Увы»
«Тебе совсем некуда пойти?»
«Только в сад»
«Ладно, твой призрак велел тебе руны учить»
Вот за рунами и проходили дни. Так-то не такие уж они и сложные… разве что из-за того что они все похожи и из-за того что их оказалось больше трех сотен. Но Лихослав, а именно так зовут новоприобретенного наставника (читай призрака), подсказал легкий способ точности при рисовании: «думай о сути, которую должен выполнять тот или иной рисунок и рука сама напишет его».
Осталось только суть запомнить…
Вдохнув, Хелли продолжила рисунок, который она до этого рисовала. На нем было изображено предложение Аса, а точнее некромант на черном коне, с вороном и двумя Костяными гончими по бокам, а сзади были прорисованы надгробия.
«Кто-то говорил, что плохо рисует» - напомнил Асмодей. – «У тебя рисунки как будто живые! И не отнекивайся, я видел твои художества!»
Как-то раз, Слава тоже увидел их и подтвердил слова коргалла. Удивительней было то, что такие «живые» изображения получались у десятилетнего ребенка.
«Лихослав говорил, что лучшие иллюзионисты – всегда не плохие художники. А иллюзии у нас к какой касте подходят? Правильно, к менталистам! Поэтому готовься слышать чужие мысли, малышка»
«Может хватит?!»
«Что именно?»
«Называть меня так! Для тебя я - малышка, для Славы – кроха, бесите»
«Вот вырастишь до метра шестидесяти я и перестану»
«Учти, что я запомнила!»
Закончив основных персонажей, карандаш начал выводить надгробия, как вдруг прямо перед носом вспыхнуло очередное письмо.
Незнакомый угловатый почерк написал: «Ну и как там ребята?»
- Это еще кто?
«Оп-па… Малышка, это Алексей», - как-то уж обреченно это прозвучало…
- Кто?
«Тот некромант, которого ты рисуешь! Надо валить из страны! Срочно! Собирай вещи!»
- Чего? Ты с ума сошел на старости лет?
«Он не знает, куда и для чего мы сбежали, а мы именно сбежали! И что самое плохое, он живет не далеко от Питера»
- Во-первых: поясни! Во-вторых: вы что, пешком преодолели пару тысяч километров? И в-третьих: зачем валить из страны, куда и как?
«Во-первых: коргалл и Лиссэ – всегда равны. Мы друг для друга семья и друзья (что ты уже поняла), он же нас разводит как обычных животных, еще и эксперименты ставит. Ему в голову пришла одна «гениальная» идея (какая говорить не буду, мала еще). Во-вторых: да, мне пришлось идти к тебе через такое расстояние, а Ази пошла за компанию (и вообще-то мы и летать умеем!). В-третьих: надо, неважно и я для него важный экземпляр. Алексей легко может закрыть нашу физическую связь, убить тебя и забрать нас»
«Я не знаю, что у вас произошло, но не надо так переживать. Он не знает где я и где вы, а уж до вас ему не добраться в любом случае. Даже жители Салехарда не знают ни про озеро, ни тем более про дом. Да и свалить я не смогу до своего совершеннолетия. Границу просто не пройду»