- Алхимией конечно! — выпалила я, — И ещё бытовой магией, и чуток целительством. А ещё Вы же начинаете курс ментальной магии читать со второго года обучения? Я обязательно запишусь. И на зельеварение, и магия иллюзий, тут я совсем ничего не знаю надо обязательно поучиться. И руны...
- Стоп, стоп, стоп — засмеялся ректор, — мне нравится твоя жадность, единственный вид жадности, что я приемлю: жадность познания. Но, моя дорогая, тебе придется разорваться на несколько маленьких Шелль, чтобы посещать все эти занятия. Давай ты, пожалуй, чуток притормозишь. Основным факультетом у тебя будет боевой, с упором на защитную магию. Возьми расширенный курс алхимии, тут ты права, грех зарывать в землю такой талант к преобразованиям как у тебя, а остальные виды магии пока изучай на стандартной основе, посещая базовые курсы. Если останется свободное время — читай литературу, возникнут вопросы — обращайся ко мне или любому из преподавателей. Кроме того, я планирую продолжить заниматься с тобой индивидуально раз в неделю Так что поверь, скучать тебе не придётся.
На том и порешили. Кроме того у меня впереди было целых три месяца каникул, которые я проведу в школе. Библиотека в моём распоряжении, а ректор обещал заниматься со мной когда у него найдется свободная минутка. Что ещё надо для счастья?
На следующий день выяснилось, что нужна еда, и для счастья и для существования в принципе. Столовую закрыли до окончания каникул, так что пропитание мне предстояло добывать самостоятельно. Хорошо, что я не привередлива, а ректор разрешил пользоваться плитой и холодильным шкафом в столовой. Поэтому этот вопрос был решён. Осталось лишь закупить немного продуктов, ничего экстравагантного на свои скромные сбережения я позволить себе не могла, так что, притащив пару мешков круп, муки и закинув в холодильный шкаф немного мяса, я успокоилась. Повар из меня так себе, но сварганить какую-никакую похлебку сумею.
После чего я надолго обосновалась в библиотеке. Впрочем, пустынная школа давала мне возможность проводить время с книгой где угодно, в том же саду. К тому же кому-то надо было присматривать за аптекарским огородом магистра Прельека, ничего сверхординарного не требовалось, лишь поливать вовремя, а это я научилась уже делать с помощью магии, так что я охотно взяла на себя эту обязанность. Тем более за это мне назначили скромную плату, которая, как минимум, позволяла обновлять свои незатейливые кухонные запасы, голод нам с Мраком не грозил. Так что я отлично устроилась, каникулы провела, как и мечтать не могла. Три месяца за чтением книг и занятиями магией, это же просто сказка какая-то, а не жизнь!
Лето пролетело быстро, и вот на дворе стоит уже Месяц Желтых Листьев, в школьной столовой снова подают дрянные обеды, ну правда, даже моя немудрёная похлебка и та повкуснее была, а в коридорах туда-сюда снуют возвратившиеся студенты. Лекции ещё не начались, но уже вывесили расписание, к тому же всем учащимся необходимо было определиться с факультативными курсами, которые они хотят прослушать.
Список зачисленных на боевой факультет висел на доске рядом с расписаниями для всех курсов. Я не то чтобы интересовалась тем, что там написано, про себя и так всё знаю, а кто ещё удостоился чести в этом году попасть на самый престижный факультет магии, мне без разницы, на занятиях увижу. Однако путь в библиотеку лежал мимо доски объявлений на которой и висел злосчастный список, так что встречи с доброжелателями мне было не избежать.
- Смотрите-ка кто идёт! Зверушка-побирушка! Интересно каким образом ей удалось пробраться в группу боевых магов? Взяли в качестве наглядного пособия? – раздался голос из толпы. Понятно, один из лизоблюдов сопровождающих нашего лучшего студента с голубой кровью.
Сам Юргесак, окруженный изрядно поредевшей после испытания силы свитой, лишь презрительно свысока посмотрел в мою сторону. А вот остальные залились весёлым, заразительным смехом. Правда немного было этих остальных. Если раньше его окружало не меньше двух десятков подобострастных прихлебателей, то теперь кортеж выглядел унылым и потрёпанным, поскольку состоял лишь из пяти человек. Да, получается кроме него самого испытание смогли выдержать лишь пятеро аристократов, то есть двадцать процентов. С процентами я познакомилась лишь в прошлом году на уроках математики и как-то сразу прониклась к ним необъяснимой нежностью и любовью, и потому использовала при каждом удобном случае, переводя в проценты любые встречающиеся на моем жизненном пути цифры. Даже знак процента мне нравился, уютный такой и одновременно колючий и ехидный, прям как я. Особенно злорадно выглядел процент в применении к поредевшей компании аристократов, потому я удовлетворенно повторила про себя: «Редеют ряды придурков, осталось лишь двадцать процентов». Можно было бы и вслух, но я привыкла по большей части помалкивать.