А ещё я влюбилась в руны! Это просто космос какой-то! Магистр Вениддик, что читал нам этот предмет, был самым спокойным человеком из встреченных мной на жизненном пути. С лёгкой улыбкой, вкрадчивым мягким голосом он рассказывал нам о магии рун так, что казалось он приглашает слушателей в сказочное путешествие. Путешествовать я всегда любила, как тут откажешься? Руны, как известно, достались нам по наследству от далёких предков. Некоторые из них до сих пор не разгаданны, какой простор для исследователя! Большинство же активно используется для создания амулетов и заклинаний. Некоторые руны сами по себе обладают такой силой, что, начертав их, способный маг может натворить немало дел. Не одарённые люди конечно могут рисовать руны хоть до посинения, толку не будет. Наличие силы обязательное условия для рунической магии.
Я обожала не только преподавателя, что вёл этот предмет, но и сами руны: тонкие и изящные, словно изгиб ручья или полет бабочки, острые и нервные, будто влюбленный подросток, я училась писать их и получала невыразимое наслаждение просто прикасаясь пером к листу пергамента. Вскоре я обнаружила, что правильно написанная мной руна, имеет огромную силу. Мне даже пришла в голову интересная идея, как использовать руну в защитной магии. Ничего особенного, испокон веков руны используются в качестве защитных амулетов, но я сумела вплести руну в свой личный щит, начертав ее мысленно и оказалось это работает! Ректор с которым я поделилась открытием был в полном восторге.
Я вообще всё свое свободное время, которого у меня не было по определению, посвящала усовершенствованию собственного защитного щита. Впервые увидев щит ректора я была очарованна, это было что-то невероятное, порядок возведенный в абсолют, чрезвычайно сложная конструкция магических плетений, которая, казалось, предусматривает всё, любую неожиданность и напасть. Конечно я мечтала создать что-то подобное для себя. Мой первый опыт представлял собой кривоватую сеть, со множеством прорех, которая могла бы защитить меня разве что от многочисленных пауков, которые нет-нет да и пробирались в мою коморку под крышей, недоумевая чего это они столько лет там проживали и вдруг появилась какая-то наглая особа, выселившая их в коридор, не спросив, собственно, их паучьего мнения? Однако с пауками превосходно справлялся и Мрак, так что ценность моего первого щита была более чем сомнительна. Ректор, которому я предъявила свое творение, смеяться не стал, грех же над убогими потешаться, зато дал парочку подсказок, они помогли мне несколько подправить свой шедевр. Теперь он вполне мог защитить меня от более крупных животных, типа крыс. Но до идеала мне ещё было работать и работать.
На самом деле, перерыв кучу книг, применив всё, что мне удалось выудить из учебной и дополнительной литературы, я наконец создала приемлемый щит, приемлемый с точки зрения обычных людей. То есть мне, первой на курсе, повезло сделать что-то, что действительно защищает, например от удара кинжалом или от прямого рубящего удара мечом. Магистром Кренг был поражён, обычно это удается ученикам лишь на третьем, а то и четвертом курсе. Но мне конечно было мало. Разве это щит? Вот у ректора...
Да, я понимала, что шансы создать что-то подобное у меня появятся примерно лет через сто, но это не значит, что и пытаться не стоит.
И я пыталась, вновь и вновь. Тот момент когда я догадалась вплести в щит первую руну был переломным. Ректор сказал, что даже у него нет таких затейливых и эффективных узлов в щите, я была счастлива. Но главное поняла: если я хочу создать свой личный щит, то мне нужно прежде всего думать головой и использовать то, к чему у меня есть склонность, например алхимию, или качества метаморфа, а так же не забывать про тот факт, что силой меня Мирозданье не обидело. Как это использовать я пока не знала, но тем заковырестей задачка. «Думай Шелль, — каждый день твердила я себе. — Ты должна стать очень сильной, как можно быстрее. К тому моменту, как станет известно насколько огромен твой дар, ты просто обязана умень защитить себя не только от простых людей,но и от магов».
Глава 19
В которой я не только сама не жажду любви, но и способствую разочарованию в женщинах некоторых аристократов.