Дверь она оставила приоткрытой, что я посчитала, было для меня приглашением. Вздохнув, я отправилась на заключительную часть «разбора полетов».
Винсент Райли стоял возле самой двери, нервно потирая руки. Его карие глаза, уже не предвещали грозу, скорее всего, в них я увидела любопытство и сомнение.
— Ну, продолжим, — проговорил мужчина, и указал на ближайший стул.
Я, с обреченным видом плюхнулась на него, вопросительно уставившись на «свекра».
— Мне сейчас Глафира, рассказала нечто очень странное, — начал мой "свекр", пристально следя за моей реакцией. – Она рассказала про твою сводную сестру и порчу из-за зависти. Это правда?
Я нехотя кивнула. Мне очень не хотелось развивать эту тему. Вскользь брошенное мною обвинение, чтобы как-то оправдать ужасное поведение настоящей Авроры и потом ее, резкое изменение характера, могло вылиться в нечто неприятное для моих подруг, Ядвиги и Гарнии. Назвав их мысленно подругами, почувствовала, как сразу на душе стало легче, и поймала на себе удивленный взгляд князя, похоже, я улыбалась.
— Да, это правда, — подтвердила я вслух. – Но я на нее не обижаюсь! Просто не повезло сестре с рождения. Мать рано умерла, отец долго не признавал. Жила бедно, с самого детства работала! И, если она хотя бы не знала, кто ее отец, то было бы легче. Я так думаю. А у меня, с самого детства было все! Как тут не позавидовать? – Я задумалась, представляя то, о чем сейчас сказала и очнулась, лишь почувствовав на себе пристальный взгляд. Во взгляде мужчины, не было ничего предосудительного, но мне стало не по себе, словно он мог прочитать мои мысли.
— Если бы я не знал, что это невозможно, — присаживаясь напротив меня и приближая свое лицо к моему, тихо произнес князь, — я бы решил, что тебя подменили, Аврора.
В комнате повисла тишина. Не смотря на то, что мужчина ни как не мог узнать мою тайну, по спине побежали мурашки, и я невольно вздрогнула, что не укрылось от пытливого взгляда моего «свекра».
— А еще, я помню, — тихо, словно разговаривая сам с собой, продолжил он, — что ты с детства отличалась несносным характером и всячески измывалась над моим сыном! А тут вдруг, такие перемены в один день! – Князь встал и направился к двери, уже взявшись за ее ручку, он обернулся и добавил:
— Мне безразлично, что именно стало причиной такого волшебного преображения. Но знай! Я буду следить за тобой, и не приведи Господь, ты что-то сделаешь с моим сыном! – старый князь сверкнул глазами, и больше ничего не добавив, вышел из комнаты.
Мне стало очень грустно. До чего же это обидно и несправедливо, отвечать за чужие ошибки! Я уже даже собиралась немного всплакнуть, так как раньше мне это помогало и становилось легче, но что-то не давало мне расклеиться окончательно. В душе рос протест, я почувствовала, как мои кулаки сжимаются, и ногти больно впиваются в ладонь, и решила, что больше не буду ничьей марионеткой! В этом, временно мне данном теле, я буду жить так, как сама хочу! Делать то, что мне нужно, а не Авроре! И только единственное, что я запретила себе, так это думать и даже смотреть в сторону Оливера, как не был бы велик соблазн и что бы ни говорили мне мои чувства к этому мужчине. Ведь если молодой князь влюбится в свою жену, а потом я исчезну, настоящая Аврора будет вертеть им, как захочет, а я этого никак не могла допустить! Но только как мне удержать свои чувства в узде? Наверное, лишь занявшись каким-то важным и интересным для меня делом!? Да, мне нужно отвлечься, и, кажется, я даже знаю, как!
Ну, а пока, я вспомнила, что так сегодня и не пообедала и направилась на кухню.
Глафира встретила меня удивленным взглядом.
— Аврора, его сиятельство Винсент Райли, ждет вас к обеду в гостиной!
Упс! А вот это неожиданный поворот! Как-то после того разговора, мне, в присутствии хозяина Усадьбы кусок в горло не полезет! Но, делать нечего, придется идти, не в моих интересах, еще больше портить отношения с князем. Если сейчас не поем, так потом на кухне пообедаю! Обернувшись к поварихе, я попросила:
— Глафира, обращайся ко мне на "ты"! Не люблю, когда выкают.
Уже выходя из кухни, я наблюдала очень забавную замершую от удивления, "статую" поварихи.
По счастью, мое незнание расположения помещений в доме и в том числе, гостиной, пока не было замечено, так как туда, меня церемонно проводил Тимофей. Старый дворецкий, после недавних событий, вел себя, как ни в чем не бывало, чинно шествуя чуть впереди меня. И все же у двери гостиной, я не выдержала и, обернувшись, тихо спросила: