Стуча зубами от холода, я принялась подпрыгивать на месте и делать наклоны и приседания. Через некоторое время, мне действительно стало лучше, хотя одежда по-прежнему неприятно холодила тело.
Лишь одно обстоятельство немного грело мне душу и добавляло оптимизма. Когда меня обнаружили в сенях, я, в панике сделав шаг назад, обо что-то споткнулась и растянулась на грязном полу, мое левое бедро, обожгло острой болью, словно чем-то укололо. Я сунула под себя руку, и с замиранием сердца, сжала в кулаке большой, грубо выкованный гвоздь. Теперь, у меня было хоть какое-то оружие!
Когда меня, подталкивая, вели назад к экипажу, я шла смирно, понурив голову, и боялась, что меня решат обыскать. Но, видимо, от глупой аристократки не ожидали каких-либо поступков, требующих умственной активности, поэтому гвоздь благополучно остался со мной.
Довольно долгое время я сидела и смотрела в темноту. Мысли лихорадочно метались в моей голове, ища выход из сложившейся ситуации, но, увы, не находили.
Я смутно, словно сквозь подушку, слышала голоса людей и конское ржание. Затем, до моего носа донесся соблазнительный аромат, свежеиспеченного хлеба. А когда, слева от меня заскрежетала щеколда, я проснулась окончательно. Оказывается, я и вправду умудрилась уснуть и сейчас, села на диване, сонно хлопая глазами и зевая.
Дверь экипажа открылась, и в предрассветном сумраке, я увидела одного из моих похитителей. Растрепанные, без завитых в букли прядей у висков, волосы, были просто завязаны в низкий хвост. А бледное, без видимых следов пудры лицо, имело довольно отечный вид, впрочем, как и веки. Судя по всему, господа полночи обмывали свое скорое обогащение.
— Есть хочешь? – без приветствия буркнул мой тюремщик.
А мне оставалось лишь радоваться, хорошо, что о моих нуждах вообще вспомнили!
— Хочу! – быстро ответила я. – А еще пить, в туалет и мне холодно! Одеяло хочу!
Мужчина болезненно поморщился и замахал на меня рукой.
— Не так громко, голова раскалывается! Повтори тише.
Я повторила.
— Хорошо, еду, питье и теплую одежду, тебе сейчас принесут. А вот что на счет… последнего…
— Ну, уж нет, помойное ведро сами нюхайте! – прошипела я. И добавила, — не бойтесь, не сбегу!
Мужчина недоверчиво хмыкнул и, повернув голову вправо, махнул рукой. В проеме двери нарисовалась та самая девушка, что приносила мне еду и вонючее ведро. Я напряглась. Но, увидев, что ее талия обвязана веревкой, конец которой она держит в руках, успокоилась. Где-то я это уже видела!
Когда меня на привязи сводили в туалет, я с радостью вернулась в сухое нутро своего временного дома. Меня уже ждала корзина с едой, из которой зазывно выглядывало горлышко бутылки. Также, на сиденье я обнаружила старый потрепанный тулуп. Или как в этом времени называлась теплая верхняя мужская одежда? Зипун, телогрейка? Не важно, главное, что теперь я согреюсь!
По счастью, напиток в бутылке оказался тоже теплым. Это было что-то вроде компота, и я блаженно закрыла глаза, смакуя его приятный кисловатый вкус. Когда закупоривала бутылку пробкой, экипаж дернулся, мы поехали.
Хотя, я вполне логично предполагала, что после ночного ливня, дорога будет мало пригодна для передвижения. И все же, пусть и медленней чем вчера, но мы двигались вперед.
Я с аппетитом позавтракала теплым ароматным хлебом, вареными яичками и салом. Всегда любила такую еду, простую и сытную. Затем, свернулась калачиком на мягком сидении и накрылась теплой одеждой. Если не задумываться о том, куда везут и что меня ждет, то в данный момент, мне было хорошо.
Снова я проснулась, когда внутри экипажа уже было довольно светло. Сквозь занавески пробивался тусклый свет раннего утра. Мне срочно захотелось посмотреть, где же мы сейчас проезжаем, сон, как рукою сняло. Я вскочила, и, сунув руку между сиденьем и стенкой экипажа, достала свой недавний трофей. Придвинувшись к левой двери с надорванной занавеской, я принялась гвоздем расширять отверстие, благо, шляпка гвоздя имела неровные, местами угловатые края.
Спустя минуту, я прильнула к получившемуся «окошку». Увиденное не обрадовало. Мы ехали по наезженной грунтовой дороге, вдоль редких деревьев, ни жилья, ни чего-то приметного, что могло бы послужить мне в будущем ориентиром, я не видела. Оставалась надежда, что с другой стороны экипажа, мне повезет больше. Уже не стараясь особо осторожничать, я проделала вертикальную щель в правой занавеске и, расширив ее, с жадностью принялась разглядывать, проплывающий пейзаж. Все та же редкая молодая поросль деревьев, переходящая вдали в густой лес и никакого намека на цивилизацию.