Я сместила взгляд левее, и чуть не вскрикнула от радости. У одной, несколько корявой ели, ветви начинались практически у земли! Не смотря на то, что они почти все были обломаны до высоты, примерно в метр от земли, оставшейся их части в пятнадцать – двадцать сантиметров, вполне хватало, чтобы использовать их как ступени. Взяв это обстоятельство на заметку, я оглянулась и запомнила примерное расположение того места, где сейчас стояла.
А также, я решила больше не останавливаться в одном месте так надолго. Ведь за мной, наверняка наблюдали по распоряжению императора и такое внимание к тому, что находится за частоколом, скорее всего, может вызвать подозрение. Поэтому, я со скучающим выражением лица, отвернулась от забора и пошла вдоль него, в сторону псарни.
К беседке, где мы обедали с императором, я решила пока не ходить. Схожу, как-нибудь позже. Может быть. Тем более, это место мне было не интересно, для побега оно никак не подходило, так как располагалось посередине территории Охотничьего домика.
К псарне я шла также, вдоль частокола, медленно загребая ногами опавшие иголки и шишки и изредка поглядывая в щели ограды, беря на заметку все, что, так или иначе, способствовало бы моему побегу. Но кроме ранее замеченных горизонтально растущих ветвей на соснах, я, ничего не обнаружила. Да и росли они высоковато от земли, хотя, физически сильный и спортивный мужчина, уж точно бы залез, но не я. Увы.
С другой стороны, собаки наверняка приведут к тому дереву, где я засяду, и лаем призовут преследователей. Нужно думать дальше!
Но вот я подошла к частоколу из тонких жердей, и тут же, вся территория Охотничьего домика, огласилась дружным лаем, от которого, у меня буквально зазвенело в ушах. А страшная пасть, клацнула зубами практически у моих пальцев, которыми я так неосмотрительно прикоснулась к ограде.
Послышался громкий предупреждающий окрик, и я, с бешено колотящимся сердцем отпрыгнула назад. Меня окликнули. Я повернулась на голос. Недалеко от меня, стоял хмурый бородатый мужик с кустистыми бровями. Он чем-то неуловимо напомнил моего похитителя и меня аж передернуло.
— Барышня, вы, что здесь делаете? – раскатистым басом обратился ко мне, псарь, перекрикивая разноголосый лай охотничьих шавок.
Я поморщилась и быстрым шагом направилась к мужчине. Уже подойдя ближе, поняла, что он намного моложе, чем мне показалось вначале. С этими бородами, определить хотя бы примерный возраст мужчин, было довольно сложно.
— Добрый день! – приветливо поздоровалась я и улыбнулась. В ответ на что, псарь лишь сильнее нахмурился, сверля меня черными прищуренными глазами. Не дождавшись ответа, я продолжила:
— Я гостья Его Величества и некоторое время поживу здесь.
После моего представления, мало что изменилось в лице незнакомца. Исчезла, пожалуй, лишь вертикальная складка между нахмуренными бровями.
— А около псарни что делаете? – продолжил он свой допрос.
Я начинала злиться, захотелось ответить ему так же резко, как он со мной разговаривал. Моя маска благовоспитанной уравновешенной девицы, начала трещать по швам. Но я, все, же сдержалась и, улыбнувшись, ответила.
— Просто собак хотела посмотреть! Очень их люблю.
— Уверен, они вас тоже очень полюбят… на обед, — ответил псарь и хищно улыбнулся, причем, его глаза оставались серьезными. – Барышня, это не милые пушистые щеночки, а злобные волкодавы, обученные выслеживать добычу… любую!
— Ну, да, с кем поведешься, — пробормотала я, глядя в неприветливые глаза мужчины.
Собеседник вопросительно поднял бровь, не поняв или не расслышав, то, что я сказала, но я и не собиралась ему это повторять.
— И много ли у вас собак?
Кустистые брови сошлись у переносицы.
— Сорок семь, — ответил он и уставился на меня нечитаемым взглядом.
— О! Так много! Спасибо! – буркнула я, мигом потеряв интерес к псарне. Я поняла, что потискать щеночков мне точно не дадут. Но, что самое неприятное, приручить такое количество взрослых натасканных на поиск и нападение, собак, мне точно не удастся! Перетаскай я хоть все вкусняшки с местной кухни!
— Всего вам доброго! – попрощалась я и, не оглядываясь, направилась к дому, так и ожидая напряженной спиной, отрывистой команды: «Фас!» Или как они там в этом веке натравливали собак на дичь или преступника. И, похоже, я совсем скоро стану если не вторым, то уж первым, это точно.