— Но он вполне мог оставить несколько солдат из свиты, чтобы они ночью похитили девушку! – возразил Винсент Райли. – Затем поднялся и прошелся вдоль стола, с грустью поглядывая на опустевшую бутылку вина.
Князь проследил за его взглядом и, вздохнув, позвонил в колокольчик. Дверь практически сразу открылась, и вошел дворецкий.
— Виктор, распорядись, чтобы принесли еще вина!
— Слушаюсь, ваше сиятельство! – Виктор поклонился хозяину, и обвел сидящих за столом мужчин, быстрым внимательным взглядом. Затем откашлялся:
— Ваше сиятельство, позвольте спросить.
Граф вскинул на слугу удивленный взгляд, — спрашивай, Виктор.
Дворецкий слегка замялся, но все же, профессиональная выдержка взяла верх и он твердо произнес: – Моя жена, сестра Авроры, просила узнать, нет ли каких вестей? Они с Ядвигой весь день рыдают, умоляют, хоть что-то им сообщить! Очень тяжело оставаться в неведении.
— Понимаю, — чуть склонил голову граф, — но, к сожалению, пока, никаких вестей нет. Мы разослали гонцов в разные стороны, с наказом, расспрашивать всех встречных о красивой девушке с ярко рыжими волосами. Во всех постоялых дворах и трактирах, велено оставлять бумагу с моей печатью о приметах дочери и обещании солидного вознаграждения. Также, всем гонцам было выдано по голубю, чтобы быстро оповестить нас о появившемся следе дочери. Но пока…
— Благодарю вас, ваше сиятельство! Я так и передам сестрам, что вы делаете все возможное. Будем молиться о скорейшем возвращении вашей дочери! – и с этими словами, дворецкий тихо удалился.
— Вина не нужно! – крикнул князь ему вдогонку, но дверь гостиной уже закрылась.
— Время обеда, господа! – граф вспомнил о своих обязанностях гостеприимного хозяина, — сейчас прикажу накрыть стол.
Отец и сын не ответили, полностью погрузившись в свои мысли.
Через минуту вошел лакей и с поклоном показал графу бутылку красного вина. Ларион Саян взглянул на этикетку, удовлетворенно кивнул и приказал накрыть к обеду стол на три персоны. Перевел взгляд на понуро сидящего зятя.
— Оливер, что же ты все время молчишь? Я понимаю, что вы с Авророй не очень ладите, но, неужели ты совсем за нее не переживаешь?
Мужчина поднял на тестя черные, как омуты, глаза. Пульсирующая у виска жилка, выдавала его напряжение.
— Граф, я в смятении и, право слово, не знаю, что и думать. Есть у меня одна мысль. – Оливер стиснул лежащие на коленях, руки, так, что костяшки побелели. – Но, боюсь, что озвучив ее, я вызову ваш гнев.
— Говори, — глухо отозвался его тесть.
— Я помню нашу свадьбу! Помню, что когда к нам подошел император, якобы поздравить, я видел, как он смотрел на Аврору, но самое ужасное, я видел, как ОНА смотрела на него! Мне тогда показалось, что моя жена подаст руку Павлу первому и просто сядет в его карету! Может, ее вовсе не выкрали, а она воспользовалась случаем и добровольно уехала с ним? Тайком, ночью?
— Да как ты смеешь!? Мальчишка! – лицо графа мгновенно стало багровым, и он вскочил с места, но тут, же пошатнулся, и, схватившись за голову, упал в кресло и обмяк.
Несколько секунд, отец и сын ошарашено смотрели на потерявшего сознание, хозяина замка. Затем, Винсент Райли позвонил в колокольчик и едва, появившийся на его зов дворецкий увидел своего хозяина в таком состоянии, немедленно послал за доктором.
Подбежавшие лакеи, с максимальными предосторожностями отнесли графа в его комнату и уложили в постель.
Виктор послал за Гарнией и Ядвигой. Когда женщины явились, быстро пресек, начинающуюся у них истерику и приказал неотлучно находиться при хозяине, дожидаясь доктора.
Гарния вспылила.
— Не надо мне указывать! Неужели ты думаешь, что я без твоей указки оставила бы отца и не приглядела бы за ним!?
— Не надо, сестра, не ссорьтесь! Не сейчас.
— Да, ты права, я погорячилась, мы все сейчас в сильнейшем волнении. – Экономка бросила на мужа укоризненный взгляд и перед его носом, закрыла дверь спальни хозяина.
— Не надо так! – увещевала ее Ядвига, — Виктор очень предан нашему отцу и волнуется за него, поэтому был излишне резок.
— Да, ты, наверное, права! – Гарния присела у постели графа и, наклонившись, приложила ухо к его груди. Выпрямилась нахмурившись. – Дай-ка мне быстро зеркальце!
— Где же я здесь его возьму!? – пожала плечами Ядвига. Затем, сосредоточенно огляделась и вытащила из кружки, стоящей на столе, чайную ложку. Вытерла о скатерть и протянула сестре:
— Это подойдет?
— Вполне! – Гарния взяла ложку и поднесла к носу отца.
Сестры замерли. Затем, Гарния со страхом, медленно приблизила ее к своему лицу и повернула выпуклой стороной к себе. Гладкая поверхность металла, была затуманена слабым дыханием графа. Женщины переглянулись и громко облегченно выдохнули.