— А где мы будем спать? – нарушила я затянувшееся молчание.
— Спать? – удивленно посмотрел на меня Иван. – Там, кровать за ширмой, а завтра пойдем домой!
Отвлекшись от неприемлемого для меня способа ночлега, с посторонним, по сути, мужчиной, услышав новую для себя информацию, переспросила:
— Пойдем домой?
— А ты, что думала? – ухмыльнулся псарь. – Что мы останемся здесь?
Я рассеянно кивнула. Мужчина лишь сокрушенно покачал головой, словно удивляясь моей непроходимой тупости.
— Здесь нас сразу найдут! У меня есть свой дом, в глуши. Там нас никто не потревожит, — проговорил он тихо.
А у меня по телу, пробежал табун мурашек, пытаясь спрятаться в моих в волосах. А я, вздрогнула от «чудесной» перспективы, всю жизнь прожить в самой глухой лесной чащобе, видя лишь одного единственного человека, своего самозваного мужа.
Когда уже за окном стало смеркаться, и по дому поплыл божественный аромат пшенной каши, с улицы послышался топот множества копыт, а у крыльца голоса мужчин. Один из них, громко произнес:
— Ждите меня здесь! Я справлюсь у хозяина о дороге в столицу!
Моё дыхание резко перехватило, а сердце забилось в бешеном ритме.
— Оливер! – выдохнула я, и бросилась к двери.
Глава 79. В поисках жены
Имение графа Лариона Саяна
Оливер Райли
— Как это, три письма?
Я буквально упал в кресло от такой новости! Ведь моим намерением было немедленно пуститься в путь, лишь только будет получено известие, где именно в последний раз видели мою жену. А что теперь? Мне же не разорваться на три части?
— Дай сюда, — я протянул руку, в которую, дрожащий, как осиновый лист, лакей, тут же вложил мне письма.
— Ступай!
Тот, кланяясь, немедленно испарился.
Я с нетерпением развернул первый свиток, пробежал глазами текст, за ним второй, а потом, пришел черед и третьего.
— Сын, мне не нравится выражение твоего лица. И, если не хочешь вызывать доктора, теперь уже ко мне, то давай, не томи!
Я моргнул, возвращаясь в «здесь и сейчас» и посмотрел на отца.
— Да вот, я думаю. Текст писем примерно одинаков, различаются детали. В одном месте ее видели верхом на коне, но при этом, ни одна лошадь в конюшне графа, насколько мне известно, не пропала. Во втором случае, она была одета, словно крестьянка и путешествовала в одиночестве и пешком. В третьем письме указывают, что Аврору видели за столом одной забегаловки, где к ней подсел оборванец, и она с ним очень мило беседовала.
— И, что именно тебя смущает?
В это время, слуги внесли обед и поспешно расставили блюда на столе. Аппетит у меня к этому времени пропал окончательно, но я решил заставить себя поесть, ведь, как, ни крути, а силы мне еще понадобятся.
Отец, приступив к трапезе, бросил на меня нетерпеливый взгляд.
Я тоже принялся за еду, почти не ощущая ее вкуса, и начал делиться с ним своими мыслями.
— По поводу первого письма, я высказался. Теперь второе. Девушка, похожая на Аврору, была одна и одета в крестьянскую одежду. Допустим. Но, какой ей смысл переодеваться, если при этом она не спрятала свои волосы? Ведь именно по ним ее и опознали! Кстати, в первом и третьем случае тоже указано, что опознали ее исключительно по длинным красным волосам. Ну, а теперь, третье письмо. Насколько мне известно, Аврора никогда близко не общалась с крестьянами, особенно мужчинами. Слишком была высокомерна, чтобы опуститься до подобного. Но, в нашем доме, отец, она стала с ними вежливо здороваться, не более того!
Винсент Райли, отпил глоток рубинового вина и с минуту сидел, молча, вглядываясь в содержимое бокала, словно ворожея в хрустальный шар. Оливер терпеливо ждал, что же скажет отец.
— Как я тебя понял, сын, ты во всех трех случаях почти уверен, что видели не Аврору?
— Да, это так.
— То есть, тебя смущает… все!? – старый князь поднял глаза от бокала, задумчиво уставившись на сына.
— Ты все правильно понял! Но больше всего мне не понятно то, что если бы Аврора действительно захотела сбежать, одна или с кем-то, то она в первую очередь спрятала бы под головной убор свои приметные волосы, моя жена совсем не глупа!
— Согласен, — кивнул отец, — и что ты решил? Не ехать с проверкой, по этим письмам?
— Нет, ехать нужно, мало ли. Но, сам я не поеду. Пока. По моей вине отца Авроры хватил удар, и если он не оправится, она меня не простит! И кто меня за язык дернул, озвучивать свои мысли, а тем более ее отцу!
Я встал, и прошел к окну. Почти половина деревьев покрылась желтой листвой, все же, уже первые числа второго осеннего месяца. Невольно подумал о том, что жена пропала, но все ее вещи остались на месте! Хотя, нужно расспросить сестер и узнать у отца, что из вещей она брала с собой. И пропало ли что-то из них. Ведь вряд ли кто-то в своем уме, решится бежать в том, в чем есть, тем более что ночи уже довольно холодные.