Но вдруг, за своими мыслями, я потеряла бдительность и с громким всплеском свалилась в воду. Едва отплевавшись, я почувствовала, что мои ноги и бедра, словно держит что-то плотное. Я попыталась дернуться, но не тут-то было, я даже ногу в колене не смогла согнуть, чувствуя себя спеленатым младенцем.
Справа от меня, из-под воды появился большой пузырь воздуха и, лопнув, обдал меня грязными брызгами и пахнущей тухлыми яйцами, вонью. И мне показалось, что я погрузилась в трясину еще больше. Страх когтями сковал мое сердце, дыхание рвано зачастило, а я, лихорадочно оглядываясь, искала хоть какую ветку, дерева или кустарника, чтобы за нее ухватиться. Но, увы.
Я постаралась замереть и не двигаться, ведь как я помнила из какой-то книги, что если совершать в болоте резкие движения, то трясина засосет еще быстрее. Стоя, не шевелясь, я старалась выровнять дыхание и подумать, как спастись.
Я прекрасно понимала, что без посторонней помощи, мне вряд ли удастся выбраться из болота, но и мысли не допускала, позвать на помощь Ивана. Как ни странно, но даже в этой, патовой ситуации, я все равно не чувствовала себя побежденной, мой природный оптимизм, даже сейчас меня не покинул, настаивая, что я обязательно выпутаюсь и из этой передряги.
Итак, я замерла, наверняка, издали походя на часть этого болота. Словно кикимора болотная, — мысленно пошутила я, когда мне на плечо прыгнул маленький лягушонок, наверняка приняв за часть природного ландшафта.
Вечерело. Болото словно выполнив свою работу, успокоилось, больше не засасывая меня глубже, но и явно не желая отпускать. Вокруг меня, местные лягушки устроили концерт, а кружившие над моей головой комары, дружно им подпевали. Я же, похоже, задремала, как вдруг, громкий «плюх» выдернул меня из сонного марева. Открыв глаза, я первое время непонимающе смотрела на корявую крепкую палку, лежащую прямо перед моим носом.
— Ну, что смотришь? Хватайся! – услышала я знакомый голос.
Глава 81. Яга
Его черные как ночь глаза, нежно и в тоже время, жадно, смотрели на меня. Они были так близко, что мне казалось, что я вижу в их глубине, яркие лукавые искорки. Оливер легонько провел рукой по моим волосам, и табун мурашек радостно устремился вдоль моего позвоночника, вниз.
Мужчина моей мечты, наконец-то был рядом со мной, и, судя по его пылающему взгляду, он любил меня также, как и я его. Он снова и снова ласково гладил меня, а я таяла и растеклась лужицей от нежности и предвкушения.
Лицо Оливера склонилось надо мной, а я закрыла глаза и замерла в ожидании первого поцелуя. Но вдруг почувствовала, как мой муж быстро лизнул меня в щеку, затем еще и еще раз. Его язык оказался неожиданно шершавым, довольно чувствительно поцарапав мою кожу. Я несколько напряглась, но мужчина, наклонившись к моему уху, страстно задышал в него, а затем, хрипло произнес… мяу!
Я открыла глаза и заорала.
Прямо над моим лицом, нависла широкая морда черного пушистого кота. Нет, не так, КОТА!
Резко сев в постели, с опаской покосилась на котообразное чудовище! Сразу же вспомнился фильм «Мастер и Маргарита».
— Бегемот? – спросила я неуверенно, непонятно к кому обращаясь.
Умывающийся лапой в этот момент, котяра, прервал свое важное занятие и застыл с высунутым кончиком языка, глядя на меня, своими огромными как плошки, янтарного цвета глазами.
— Почему, бегемот? Это кот, — послышалось сзади меня, и я поспешно обернулась.
За деревянным, набело выскобленным столом, сидела статная красавица, лет тридцати пяти. Про таких, в старину говорили «кровь с молоком».
— Конечно, кот, — машинально повторила я, во все глаза, уставившись на незнакомку.
Миловидное лицо с аккуратным носиком и алыми губами, длинные ресницы с черными бровями вразлет и светло русая коса, перекинутая через плечо.
Так как красавица сидела, ее фигуру я толком не смогла рассмотреть, но судя, по пышной груди, посмотреть было на что.
Женщина, протягивая поочередно руки то к одному, то к другому пучку высушенных трав, свисающих с натянутой веревки, выдергивала из них по веточке и складывала перед собой в кучку.
— А вы, кто? Дочка Бабы Яги? – поинтересовалась я, усаживаясь поудобней, и по-прежнему держа в поле зрения огромного кота.