Кое-как обмывшись, закуталась в мягкое покрывало, и, поставив поднос на кровать, открыла над ним крышку. Да уж, не ресторанные блюда, конечно, но вполне съедобные: яичница из трех яиц с колбасой, глиняный горшочек с картошкой с мясом, ломтик мягкого хлеба и чайничек ароматного отвара на травах.
С аппетитом поужинав, я мысленно взяла свои слова обратно. Отличный ужин! Уж что-что, а продукты здесь ни чета ресторанным в моем времени, где что ни возьми, обнаружишь всю таблицу Менделеева. А тут, все натуральное и даже колбаса из мяса.
Поставив поднос на стол, позвала служанку. Как только та забрала грязную посуду, я закрыла дверь на задвижку, и запрыгнула в кровать, отогревая руками озябшие на холодном полу, ноги. Затем, с блаженным стоном растянулась на постели, и уже спустя несколько минут, сладко и спокойно спала.
Проснулась я от стука в дверь. Оказывается, я проспала аж до восьми часов! Мне было очень неудобно, что заставила свекра так долго ждать моего пробуждения и даже будить меня лично.
Наскоро умывшись, я оделась и спустилась вниз. За длинным, темного дерева, столом, уже сидели все наши. Вразнобой поздоровавшись со мной, при этом вставая с мест, мужики продолжили свой завтрак. Я подсела к князю, и, погрев немного озябшие руки о горшочек с пшенной кашей, приступила к еде.
После завтрака, тайком, чтобы никто посторонних не увидел, я сунула свекру мешочек с частью украшений. О чем мы с ним еще вчера договорились, так как возить с собой целое состояние, очень опасно, и за меньшее убивают. Благоразумно взяв с собой в сопровождение пять мужиков, князь поехал к ювелиру.
Я же, послонявшись без дела по залу, завела разговор с хозяйкой заведения, очень приятной женщиной средних лет, с улыбчивым приветливым, лицом.
Похвалив ее уютную гостиницу, а особенно, оклеенные модными нынче однотонными обоями, стены, я попросила ее подсказать, где можно приобрести эту чудесную новинку.
По правде сказать, в гостинице, стены самого обеденного зала, оставались чисто деревянными. И, выделяющийся на них природный рисунок, делал помещение очень уютным. Но вот стены комнат, и коридора на втором этаже, были оклеены однотонными обоями приятных пастельных тонов, от молочного, до светло коричневого.
Записав адрес магазинчика, принялась у нее расспрашивать о том, где можно купить овощей хорошего качества и самое главное, чтобы они правильно хранились и не оказались перемерзшими в такой мороз. Оказалось, в столице всего два таких отапливаемых больших склада, и цены на овощи зимой были не маленькими. Но, выбирать не приходилось, к сожалению, не успела я добыть денег и закупиться всем необходимым, в конце сентября – октябре, пока по лесам бегала от похитителей. А весной, овощи будут еще дороже!
Конечно же, крестьяне успели в зиму запастись репой, морковью, луком, бураком. Но у меня был свой интерес и далеко идущие планы!
Ну, и последнее, о чем я расспросила словоохотливую хозяйку заведения, это о том, где можно так же в одном месте, купить различных круп и муки. Ну, не горела я желанием, разъезжать по такому морозу, чтобы все в разных местах приобретать. Да уж, вот где добрым словом я помянула, не очень ценимые мной в прошлой жизни, крупные супермаркеты.
За всеми этими разговорами и расспросами, я не заметила, как время обеда подошло и, как раз к нему успел вернуться князь. Судя по его довольному выражению лица и блестящим глазам, поездка оказалась удачной. Обменявшись едва ли парой слов, мы пообедали и спешно поднялись в комнату свекра.
— Ой, так много! – воскликнула я, глядя на толстую стопку крупных бумажных купюр. Насколько я помнила из уроков истории, они назывались «ассигнации». А если учесть, что я ничего не смыслю в нынешних ценах, то без помощи, мне трудно придется. Хотя…
За покупками я решила отправиться на следующее утро. Отдав князю еще часть «безделушек» Авроры, я позвала к себе Прохора, и, закрыв дверь на засов, под его удивленным взглядом, достала пухлую пачку ассигнаций. От такого количества денег, у бедного управляющего, чуть удар не случился. До чего же нынче впечатлительный мужик пошел!
Помахав на него платочком и напоив чаем, заставила пересчитать всю наличность. Когда же он, утирая, выступивший на лбу, пот, закончил подсчет, сообщила, что от имени Винсента Райли, назначаю его ответственным за эти деньги!
Само собой, это была обыкновенная женская хитрость, ведь для управляющего, его хозяин, куда больший авторитет, чем жена его сына. Поэтому, к его поручению, он отнесется куда серьезней. А также, я сообщила Прохору, что я буду торговаться, а он, расплачиваться! Этим я очень облегчала себе задачу.