— Кухарка неуверенно пожала плечами.
Мы немного помолчали, думая каждая о своём. А затем, я засобиралась, уже собственно не очень то и, надеясь, что Вильям ещё ждёт меня. Поблагодарив добрую женщину за вкусный ужин, обещала захаживать к ней почаще. И, побыстрее, выскочила на улицу, оглядываясь по сторонам.
Когда уже надежда почти растаяла, я увидела Вильяма, с улыбкой идущего мне навстречу. Моё сердце забилось сильнее, и я невольно тоже ответила ему радостной улыбкой!
— Он мой! – грозно предупредил голос в моей голове.
И на мою искреннюю незамутненную радость, упала тень безысходности. Видимо, мое изменившееся настроение, слишком явно отразилось на моем лице, потому что с лица Вильяма, сползла его очаровательная улыбка. Приблизившись, мужчина пытливо и встревожено всмотрелся в мои глаза, словно пытаясь отыскать там ответ на мучивший его вопрос. Но вопросы были у меня, и я решила, во что бы, то ни стало, сегодня же прояснить их.
На мои плечи лег тяжелый кафтан мужчины, в который, я уютно и с благодарностью, закуталась.
— Пойдем на качели? – спросил он меня.
— На качели? – удивлённо переспросила я, сразу представив маленькие детские качельки и рядом песочницу с пластмассовыми игрушками.
— Ну, да! – Удивлённо ответил Вильям. – Я часто качал тебя на них, когда мы с тобой, только… ну, когда мы… — смущенно пробормотал парень.
— Начали встречаться? – помогла я ему.
— Встречаться? – удивлённо вскинул он на меня, свои синющие глаза. – Скорее, когда я начал за тобой ухаживать, — улыбнулся он. – А ты не помнишь? – и снова этот пытливый взгляд. – Я думал, что ты всё вспомнила! – вздохнул он печально и взял меня за руку.
От простого нежного прикосновения пальцев мужчины, мое тело словно прострелили током, а ноги предательски подогнулись. Вильям подхватил меня за талию, не дав упасть. И снова, жар, разлился по моему телу, путая мысли и не давая связно рассуждать. Я аккуратно отстранилась, виновато улыбнувшись. Но глаза мужчины так и остались темны, как омуты озер, где на самой их глубине, плескалась обида.
— Твои руки мешают мне думать, — с улыбкой пояснила я ему. – А мне нужно о многом тебя расспросить! И, да, тебя я вспомнила! Но я не вспомнила много разных мелочей, отчего мне моя прошлая жизнь, кажется картиной, из которой вырезали большое количество мелких кусочков. Ты понимаешь, о чём я? – с надеждой посмотрела я в глаза Вильяму.
— Да, понимаю, — кивнул. И из его глаз, тут же ушло то настороженное выражение и обида.
И где-то на самом краешке сознания, мелькнула предательская мысль, что если бы всё сложилось по-другому, если бы в этом теле я была одна, то у нас ещё всё могло получиться! И что я выбросила бы из головы, эту совершенно невозможную и нелогичную любовь к высокородному князю. Возможно, бы выбросила.
Тем временем, мы дошли до этих загадочных качелей, на которых та другая «я», очень любила качаться. И, правда, это были большие и удобные качели для взрослых, они стояли между пышно цветущими кустами акации. Уже стемнело, на пока что синем небе, зажигались одна за другой, яркие звезды. Я осторожно села на качели. Довольно высокие! Мои ноги почти не доставали до земли. Взявшись руками за веревки, я выжидающе посмотрела на Вильяма.
Мужчина, глядя прямо мне в глаза, начал раскачивать качели. Тишина, которой я никогда не знала в городе, нежная трель соловья, освежающий ветерок в лицо с ароматом акации, произвели на меня, буквально ошеломительное впечатление! Я закрыла глаза, полностью отдаваясь непривычным для себя, городского человека, ощущениям.
Приятное уединение, было жестоко нарушено, ворвавшейся, в мою голову, Ядвигой.
— А говорила, что поможешь мне! Что мы что нибудь, вместе придумаем! А сама, с моим женихом гуляешь и милуешься! – ревниво отчитала меня девушка.
Я грустно вздохнула, как-то сразу и окончательно поняв, что не видать мне счастья в этом теле. Что всё время я буду чувствовать себя воровкой, с помощью обмана, присвоившей чужую жизнь. О чём, истинная хозяйка тела, будет мне постоянно напоминать, врываясь в мою голову в любое время и громко истеря. Да, собственно и обижаться я на неё даже не могла, девушка была в своем праве! Не отвечая на ее обвинения, я лишь спросила ее:
— Как давно ты считаешься невестой Вильяма?
Не ожидавшая, такого вопроса, Ядвига осеклась и замолчала. Потом, не уверенно ответила: