В основном, это были практические советы, облегчающие уборку и выведение пятен с тканей. Но, также были и личные! Например, Гарния по моему наущению, обратилась к Ядвиге с просьбой, дать ей немного тех косметических средств, которые мне, в своё время, милостиво презентовала графиня Овердрайв. Ядвига, конечно, удивилась, откуда экономка знает о её заветных баночках! Гарния растерялась, не зная, что и сказать. И тут, я, произнесла своё имя, а экономка на автомате, его повторила.
Надо было видеть, как в удивлении вытянулось лицо Ядвиги, а глаза стали в пол лица.
— Яна? Ты знаешь Яну? Но, откуда?
В ответ, Гарния, выразительно постучала пальцем, себе по голове. И, многозначительно посмотрев на девушку, кивнула.
— Что? Яна сейчас у тебя в голове? – восторженно прошептала Ядвига. – Я так рада! А я то, подумала, что она совсем ушла!
Увидев, ошарашенный взгляд экономки, Ядвига ей всё рассказала.
Когда первый шок от рассказа девушки прошел, Гарния, качая головой, произнесла:
— Теперь мне все понятно! Вот, почему, ты так странно себя вела! А я то, уж, грешным делом подумала, что это душа Авроры в тебя вселилась. И понеслась к графу об этом сообщать.
— Так ты, выходит, вовсе не ангел, Яна? – вслух, обратилась ко мне женщина.
— Не ангел, — ответила я. – А что я должна была тогда тебе сказать?
— Ну, да, — согласилась Гарния. – Лучше постепенно такие новости сообщать, мне и так, чуть с сердцем плохо не стало! Так значит, ты из другого мира. Очень интересно! Ладно, потом мне все обязательно расскажешь про свой мир! А пока, мне нужно идти работать.
Попрощавшись с Ядвигой, экономка вышла из ее комнаты и на минуточку, забежала к себе, оставив там подаренные ей баночки с гримом.
А дальше, был обыкновенный рабочий день. Гарния летала по этажам, раздавала указания и проверяла выполненную работу. Но между делом, мы с ней постоянно болтали. То я ей давала кое-какие дельные советы, то сама ее расспрашивала о разных, давно интересующих меня вещах. Наконец-то, с момента моего попадания в чужое тело, да еще и в далекое прошлое, я могла свободно с кем-то общаться. Конечно же, я находилась можно сказать, взаперти и не имела собственного тела, но в сравнении с одиночеством, это сущая ерунда!
И только теперь, я, наконец, узнала, что оказалась в России, конца восемнадцатого века. А точнее, в тысяча восьмисотом году, во время правления Павла первого, сына императрицы Екатерины второй. Ну, на данный момент, мне этой информации, было вполне достаточно. Со своими проблемами бы разобраться.
Таким образом, работая с Гарнией, я стала замечать, какими удивленными глазами, смотрит на экономку прислуга. Через некоторое время, удивление, сменилось робкой радостью. И только тут я поняла, в чем, именно дело! Гарния, общаясь с персоналом, невольно прислушивалась к моей болтовне в ее голове. А я, надо сказать, от скуки, частенько несла всякую чушь! Ну, как, чушь? Отпускала смешные комментарии о внешности или действиях всех встречающихся нам, людей, рассказывала подходящие к случаю, анекдоты, да и просто шутила! И, конечно же, Гарния часто улыбалась, слушая меня. А окружающие, само собой, воспринимали это на свой счет.
— Гарния, — обратилась я к женщине, когда она, отдав последние распоряжения на кухне по меню на завтра, поднималась к себе в комнату.
— Мм? – устало откликнулась женщина.
— Ты заметила, что сегодня прислуга тебя слушалась более охотно и работала на совесть?
Экономка вошла к себе и сев на кровать, задумалась. Через некоторое время, она мысленно мне ответила: — Да, я вспомнила сейчас несколько случаев. Но, почему? – удивилась она.
— Добрая улыбка и горничной приятна! – переиначила я известную пословицу.
***
Прошло ещё два дня.
Теперь, до свадьбы Авроры, оставалось всего четыре дня. Свадьба, это не просто прием, здесь размах намного круче! Но Гарнии повезло, что графская дочка, не желая доверить провинциальной экономке, дело такой важности, как подготовка к самому главному торжеству в жизни каждой девушки, выписала из столицы распорядителя. Поэтому, ей оставалось лишь заниматься своими повседневными делами, да по мелочи, помогать этому столичному нанятому франту.
Гарния, следуя моим советам, нарисовала эскизы нескольких платьев. За основу, конечно же, брались те, что мы выбрали из вещей, подаренных Ядвиге. Изменения фасона, предстояли минимальные. Лишь такие, чтобы наиболее выгодно подчеркнуть достоинства фигуры женщины и убрать, на мой вкус, пошловатые излишества, в виде многочисленных воланов, рюшей и бантов. Благо, мода уже это позволяла, сделав силуэты платьев, более плавными, по фигуре. И, о счастье, — убрав корсеты!