В реальности разговора с братом и Селмением сомнений не было. В открытости и честности предложения Серроуса — тоже, так что завтра он намеревался прибыть к указанному месту к четырем часам, благо это вполне должно было согласовываться с общими планами. Столб богов. Загадочный артефакт, установленный неизвестно когда и кем. Возможно, и впрямь богами, только зачем? Единственное, чем он отличался от любой колонны или же природного столба — отсутствие любой магии на некотором от него отдалении. Радиус, на котором он начинал себя проявлять — постоянно менялся, но никогда не бывал меньше ста метров. Все, что существовало в этом мире магического, исчезало, как только оказывалось в пределах его досягаемости. Ни одно заклинание не имело действия, ни одни чары не могли удержаться, ни одна силовая линия, способная подпитывать магическое действие, не пересекала этого места. Да, здесь они действительно могли встретиться один на один и хотя бы попробовать поговорить как в старые времена.
«Старые времена. Давно ли они были, эти старые времена, а, Странд?»
Никакого ответа.
«Странд!»
Молчание. Руффус тут же начал беспокоиться, стараясь держать себя в руках, чтобы беспокойство не переросло в панику.
«Странд!»
Тот же эффект. Тут его посетила одна отчасти успокаивающая мысль, и он решительным шагом направился к выходу из склепа.
«С тобой все в порядке?» — раздалось в голове, как только он пересек порог.
«Да. Почему тебя не было там?»
«Ну, похоже, это ваше, чисто семейное местечко, куда меня не допускают даже в таком виде».
«Значит, никакой поддержки с твоей стороны у меня там не было».
«Значит, не было. Но ты молодец, сам прекрасно со всем справился».
«Ты знал это заранее?» — с растущим где-то в глубине возмущением поинтересовался Руффус.
«Нет. Как видно, и мне известно далеко не все», — ответ был сформулирован и произнесен таким образом, что всякое желание спорить и обижаться тут же куда-то испарилось.
«Мы с братом договорились назавтра о встрече», — сообщил он совершенно отсутствующим тоном.
«Я уже понял, хотя и не могу разобрать, зачем это вам».
«Иногда вы удивительно совпадаете во мнениях с Селмением».
«Возможно, это как-то связано с тем, что нам обоим не чуждо чувство логики».
«Ладно, черт с вами, — свежий воздух очищал голову и мысли. Идти на конфликт совершенно не хотелось, так что пусть себе думает, что хочет, — говорите, что вам угодно, только я все равно с ним завтра встречусь. Думаю, и Серроус приглашал меня не в ловушку и сдержит слово».
«Ваше право».
И вот теперь они снова должны собираться, не успев отдохнуть и дня в императорском дворце. Эта бесконечная череда дорог и перемен мест начала уже надоедать Валерию. Слабым утешением было, что долго это продолжаться уже не сможет. Через пару дней все определится окончательно. Либо мы победим, либо нет. И в том и в другом случае никуда плестись уже не будет необходимости.
Совещание прошло в деловитой обстановке, без долгих пререканий и отступлений. Единственным камнем преткновения стало сенсационное объявление Руффуса, что он намеревается завтра встретиться со своим братом. Первой реакцией императора была не особенно убедительная попытка доказать самому себе, что, может, это и не предательство. Со стороны так, наверное, все и должно было казаться, но Валерий достаточно хорошо знал обоих принцев, чтобы понять, что по-другому они не могли поступить. Ни тот, ни другой теперь уже не свернут с избранного пути. На них слишком сильно будет давить некая разновидность чувства долга, что, мол, за стольких людей они в ответе, что теперь уже не остановиться без пожизненных мук о напрасных жертвах и так далее. На их действия встреча эта никоим образом не повлияет, но они просто обязаны объясниться. Что ж, это их право, хотя лично он, Валерий, никогда бы на такое не пошел. И без того, после столкновения, оставшегося в живых пожизненно будут посещать многочисленные призраки невинных жертв, так зачем же к ним добавлять еще и призрак брата?
Императору так толком и не удалось объяснить, зачем им понадобилось встречаться накануне решающего сражения, но он успокоился, когда получил твердые заверения, что так, по крайней мере, будет четко известна дата битвы. Или уж, во всяком случае, что она не начнется раньше, чем послезавтра утром.