Однако, само наличие обязательных пропусков, заверенных княжеской канцелярией, хоть немного, да добавляло уверенности, что в нужный момент Хаббад сумеет встряхнуться и собрать способное дать отпор войско. Бессмысленные в мирное время бюрократические церемонии вполне могут сослужить добрую службу в критический момент.
Город был красив, но излишне эклектичен, потому как в нем, похоже, перемешались постройки всех мыслимых эпох и стилей. Веселая суета, заполнявшая улицы, подсказывала, что сегодня здесь какой-то праздник или попросту базарный день, но жить так каждый день ни у кого сил не хватило бы.
Аврайа беспокойно вертела головой, поджимала губы, обнажая плоские лошадиные зубы, свешивала язык и всеми доступными средствами показывала, как оскорбительно для нее изображать из себя верховое животное, но более всего ее удручала необходимость молчать и выражать свои мысли невнятным фырканьем. Странд постоянно шептал ей что-то на ухо, но его увещевания оставались без должного внимания, а когда они все-таки остановились во дворе какого-то кабака с изображением весьма легкомысленной девицы на вывеске, и маг стал привязывать Аврайу к изгороди, та не удержалась и мрачно сообщила:
— Совсем совесть потерял. Нет, ты только посмотри, — это уже было обращено лично к Руффусу, — привязывать дракона к изхороди. Он, что, боится, что меня увести могут, или считает, что эти прутики удержат меня, если я решу похулять. Тьфу… — она плюнула прямо под ноги магу и, недовольно отворачиваясь, добавила. — Если кто-нибудь попробует накормить меня сеном — за себя не ручаюсь.
— Ладно, подожди нас и не трепись больше, пока весь город не собрался на тебя поглазеть.
Они пошли ко входу, а в след им донеслось приглушенное:
— Ну да, одни пиво будут хлушить, а друхим стой тут, в молчанку играй.
— Слушай, — поинтересовался Руффус, — она такое каждый раз устраивает, когда вы в город ездите?
— Нет, — небрежно бросил Странд, — но перед тобой она не могла не закатить концерт. Драконы там, или еще кто, но женщины всегда остаются собой. Как не поиграть перед благодарным слушателем.
— А… — неопределенно произнес принц, а про себя подумал, что в его-то лице она точно нашла благодарного слушателя, потому что он был во всем с ней согласен. Не хорошо обращаться с ней таким образом. Не лошадь же она, на самом деле, хотя с другой стороны, как по другому не привлекать внимания.
В кабаке была атмосфера, ничем не выделявшая его из любых других заведений подобного рода. Полумрак в зале, сильный запах горелого жира, снующие официанты, люди, бродящие к стойке и обратно, лужицы пива за еще не прибранными столами. Посетители тоже казались более чем типичными. Несколько крестьян, сидящих в углу с видом бывалых разухабистых горожан (но все равно все понимали, что они крестьяне), обмывающих удачную торговлю на базаре. Пара-тройка компаний горожан, мерно потягивающих напиток с выражением сопричастности к священнодействию на лицах и обменивающихся размеренными фразами о том, в какой бордель направиться, когда начнет вечереть. Главным номером программы, как и в любом кабаке, была сильно уже набравшаяся компания солдат, оккупировавшая столика три и производящая столько шума, словно их было по крайней мере впятеро больше. Звон постоянно задеваемых мечей, громоподобная брань, легкий отдых мордой в тарелке, ну в общем, ничто не нарушало величественного образа защитников отечества, даже постоянные подколки ко всем окружающим были на месте.
— Две яичницы с беконом и два больших светлых, — заказал Странд, когда официант смог наконец обратить на них внимание, оторвавшись от гуляющего воинства. — Темное у них даже пробовать не стоит, — добавил он уже Руффусу, — зато со светлым — полный порядок. Лучше мне даже у гномов не встречалось, а уж они-то по пиву — первые мастера… Пивоваренье, знаешь ли, — официант так быстро обернулся, что эти слова Странд произносил уже прихлебывая из на глазах запотевающей большой глиняной кружки ледяное пиво, — великое искусство, не подвластное магам, хотя и в чем-то близкое. Я мог бы наколдовать первоклассного первача, но пиво — это выше моих способностей. Сколько раз пробовал — дрянь какая-то получается. Крепость есть, состав, вроде, тот же, а на вкус — моча подкисшая. А вот сварить по-честному мне как-то раз удалось вполне пристойно, но… — паузу заполнил неспешный, но глубокий глоток гурмана… ну очень измученного жаждой гурмана, — по сравнению с этим — компот. И такая канитель с любым искусством. Как ни старайся — никогда не наколдуешь ни баллады пристойной, ни скульптуры. Смотришь на это и думаешь — всему есть свой предел, возможностям мага — тоже… И слава богам.