- Ясно, - Тамара кивнула.
Она прошла на середину комнаты, встав перед грудой театральных вещей, расставила ноги, обеими руками упираясь в поставленный перед собой Стикер, и произнесла на весь небольшой зал:
- Я хочу вступить и поставить здесь спектакль!..
Её энтузиазма никто из троицы не разделил. «Глупый» Костя махнул рукой, а Серёжа почесал шею и поморщился.
- Как бы помягче сказать...
- У тебя ничего не выйдет.
- Вчетвером - конечно не выйдет! - уверенно сказала Тамара. - Но я хочу привести ещё людей. И тогда всё получится!
- Ты откуда такой оптимисткой родилась? - удивился Костя Соломин, подняв брови. Он смотрел на неё удивлённо, а Серёжа - оценивающе. Они оба не верили.
- Набери хоть сотню людей - кто учить-то будет? - задал вопрос Серёжа, скрестив руки. Он спрашивал совсем не зло, и не с досадой, а по делу. По его лицу было видно, что он готов согласиться, если Тамара всё ему расскажет.
- И кто нас выступать пустит? И куда - спросил вслед за ним Костя Соломин.
- И ты-то сама кто и откуда? - спросила с Гардеробуса Нюра. Она единственная из всех смотрела на Тамару с неподдельным интересом.
И той было что ответить. Она - как учила её бабушка - задрала нос вверх и отрапортовала громко и весело:
- Меня зовут Тамара Павловна Суржикова! Восьмой класс 76-й школы! Пятнадцать лет! И я хочу поставить здесь спектакль!..
...Громкие слова её были вновь встречены молчанием.
- Меня Серёжа звать. Там, на шкафу - Нюра Колодкина, а этот увалень - Костя.
- Очень приятно, - подтвердил «увалень» Костя.
- Что до «поставить спектакль»... - продолжил Серёжа, - Света пыталась, и у неё не вышло, а она - дочка Виктора Саныча. Вот при нём было клёво. А заменить его никто не смог.
- Был тут один «молодой руководитель», - подал голос Костя, - кто-то из политических, что ли. Хотел здесь снимать пропагандистские ролики под депутатов и на этом зарабатывать. Света ему бойкот объявила, и мы с ней, естественно, тоже. Он и сбежал. Больше не появлялся...
- А другой всё время требовал снимать всякую чушь, и всегда был недоволен, - поделилась Нюра. - Потом он к двум девочкам приставать начал, и Света его в шею погнала.
- А третий был ни о чём, - снова заговорил Серёжа. - Давал нам задания и уходил бухать. При этом сделали, не сделали - нисколько его не волновало. На такого надеяться себе дороже.
- И что, он до сих пор руководит?
- Да кого там... Ушёл в запой и месяца три уже не появляется, вот клуб и развалился окончательно. Людей-то и так было не очень много... после предыдущих придурков.
- А почему Света сама не станет руководителем? - Тамара прошла вперёд и присела на большой предмет, покрытый пыльной тканью.
Ей ответил Костя Соломин:
- Она говорила, что у неё склад ума не такой, чтобы кем-то руководить. Человек она хороший, но просто не подходит для такого.
Тамара вздохнула носом. Стикер ехидно ухмылялся, чувствуя, как стремительно падает её уверенность. И это злило.
- Видишь, в чём ещё проблема? - подытожил Серёжа. - Не столько в людях, сколько в тех, кто всех соберёт вместе, сплотит и скажет, что делать. В театральном без таких людей - никуда.
- Ну так давайте сами попробуем, - сказала Тамара негромко, - иначе «Стаккато» закроют. Ведь если сюда может прийти кто-то... ну совсем уж отстойный. То давайте делать всё сами. Сами будем ставить спектакли и играть их. И тогда клуб снова заживёт.
- А если кто-то не захочет играть - кто его заставит? - задала резонный вопрос Нюра, до сих пор не слезающая с Гардеробуса.
Вопрос был настолько неожиданным, что Тамара замолчала.
- Она права, - кивнул Костя, зевая и прикрывая рот ладонью. - У самих у нас ничего не получится.
- Но зачем заставлять, если человек сам хочет играть?
- Ну хорошо, - согласился Серёжа. - Вот смотри: ставим мы, например, «Алладина». Я играю роль джина из лампы. Появляюсь во втором действии, но вот что-то мне сегодня ну никак не хочется... Давайте-ка лучше без меня отрепетируете, кем-нибудь замените меня, а я потом отыграю...
- А у меня парень вдруг приехал, - присоединилась к нему Нюра, - я его так давно не видела, так не видела! Давайте сегодня без Жасмин сыграете...
- И как я буду играть один? - возмутился Костя. - Может, отменим репетицию да чай пить будем? Авось завтра отыграем как надо...
И вся троица посмотрела на Тамару в ожидании.
Та сникла, поняв, что ей пытались сказать ребята.
- Но... как тогда вас всех заставлять, если то один не хочет, то другой...
Ей ответили тройным хором:
- А у Виктора Саныча получалось!
Действие 4. На ноги!