- Ёю?..
- Ёй У.
- Может быть, она просто была из Въетнама.
- Здесь, в российской школе - вряд ли. Скорее всего и правда иноланетянка.
- Может быть... - флегматично согласился Костя Соломин. Хотя, судя по его взгляду, он уже думал о чём-то другом.
Костя часто звал кого-то с собой покурить на улицу, потому что стоять и курить одному ему было скучно. Нюра ходила реже всего, потому что запах табака не любила, да и родители её не терпели. А Серёжа в этот момент был занят. Поэтому согласилась пойти Тамара.
Костя очень нравился ей как человек, потому что совмещал в себе обаятельную обидчивость, флегматичность и находчивость, остроумие - с симпатичной душевной простотой, а потому находиться "на одной волне" с ним было так же легко, как, например, сидеть в хорошем кресле.
С той же Нюрой было по-другому, потому что в любой момент, когда они с Тамарой оставались наедине, она находила себе какое-то занятие: утыкалась в телефон или уходила с головой в книгу, и мешать ей не хотелось. Поначалу Нюра оживала только тогда, когда рядом были Серёжа или Костя, а спустя время привыкла к прыгучей Ксюхе и спокойной Агате.
Она часто читала одну-единственную тёмно-зелёную книгу, и, как-то раз подглядев название, Тамара узнала, что она называется "И всякий, кто встретится со мной". Фамилия у автора была - Чиладзе, а имя - Отар.
Что в такой книге могло заинтересовать Нюру Колодкину, для Тамары было большой и сложной загадкой.
В отличие от слегка загадочного Кости и очень загадочной Нюры, их друг Серёжа любой загадочности был лишён, и как бы даже наоборот пытался всё сказать напрямую и любую загадку разрешить. Если что-то в словах Кости казалось ему нелогичным и странным - он стремился упрекнуть своего оппонента, обязательно при этом назвав его по фамилии. И сказать с нарочитой серьёзностью "Ты такой глупый, Костя Соломин!". Тамару подобные перепалки всегда забавляли.
- На самом деле, он парень очень способный, - рассказал ей однажды Серёжа. - Просто мыслит он нестандартно. К примеру, очень круто шарит в литературе, языках, во всякой лингвистике...
- А поступать на кого хочет после одиннадцатого? - спросила Тамара.
- На актёра, если в армию не заберут, - Серёжа пожал плечами. - Все учителя ему говорят, что он свой потенциал погубит, а он не слушает.
- Так ведь актёр это же здорово!
- Ну да... Только не для того, кто хочет хорошо жить.
Сам Серёжа, насколько поняла Тамара за короткое время, увлекался журналистикой, и в будущем именно с ней хотел себя связать. Он часто шутил про то, что все морщатся, как только он это рассказывает. На вопрос, хочет ли он сам быть актёром, Серёжа неопределённо пожимал плечами...
- Эй, ты что там выводишь?
- Не мешай... - Тамара от усердия высунула язык, рисуя что-то маркером на деревянной поверхности шкафа.
Заглянувший ей через плечо Серёжа прочитал получившееся слово, написанное витиеватым шрифтом:
"ГАРДЕРОБУС"
- Вот так! - довольно пояснила Тамара, садясь на принесённый из одного кабинета деревянный стул и постукивая по половицам Стикером.
Серёжа ещё несколько раз взглянул на надпись, а потом на Тамару, а потом снова на надпись - чтобы убедиться, что он всё правильно понял, и что там написано именно то, что написано.
Хотя он ничего не понял.
- Это имя для шкафа! - пояснила Тамара таким тоном, будто это было совершенно очевидно.
- Ты всем вещам даёшь имена? - спросил Костя Соломин,
- Не всем.
- Ребятюни, - подала голос Ксюха, ходящая из стороны в сторону и будто бы не способная найти место, на которое могла бы усесться, - а вы тут спектакли ставите или чего?
- Ставили. Раньше, - объяснил ей Серёжа. - Но потом...
- То да сё, пятое-десятое, - вклинилась в разговор Тамара, избавляя его от необходимости повторять одну и ту же историю, - и "Стаккато" на грани развала. Вот мы людей и набираем.
- А может, спектакль поставим?
- Нам нужно, во-первых, место, - послышался негромкий голос Нюры, - во-вторых - кто-то, кто будет точно знать, что мы должны играть.
- Гуру, - подтвердил её слова Костя. - Без будет тяжело.
- Гуру... Что за гуру?
- Мне вы тоже не рассказывали, - сказала Тамара. Она слышала, что гуру - это такие мудрецы-учителя древних тайн, но что гуру может делать в "Стаккато"?
- Ну гуру это... - взялся объяснять главный по объяснениям Серёжа, - человек, знакомый с театральным делом. Который знает основы, знает техники, знает, что, куда и каким боком... К тому же, у гуру должны быть связи, тогда и нам легче жить. У нас гуру раньше был Виктор Саныч. Причём настоящим таким, матёрым...
Тамара утомлённо вздохнула: она порядком устала слушать рассказы о том, какой Светин отец незаменимый, талантливый и ужасно полезный, и как же "Стаккато" без него теперь. Она была твёрдо уверена: обязательно найдётся человек, который сможет повести за собой ребят. Потому что видно, что они хорошие и заинтересованные. А вот откуда произрастала эта её уверенность - Тамара не знала...