- Света упоминала про какого-то там Зорина, который друг его отца... - напомнила она. Ответила Нюра:
- У Андрей Степаныча дел по горло, и бывает он здесь очень редко. Так что...
Повисло молчание.
Тамара набрала воздуха в грудь, собравшись сказать то, что сказать уже давно не решалась:
- Света поставила мне условие - привести сюда пятерых человек до конца недели. Теперь есть Агата и Ксюх... кхм, Ксюша. Кого-нибудь до пятницы ещё найду, и тогда поставим спектакль. Я очень хочу сделать это. Даже если я в конце концов не сыграю там... Я вон какая хромоногая. Но всё равно, это же будет здорово! Давайте поставим!..
Ребята неуверенно переглянулись.
- Твоему упорству можно только позавидовать, - вздохнул Костя Соломин. - Но на самом деле, я только за.
- Я тоже, - вдруг сказала Нюра, улыбнувшись. - Если Тамара будет с нами, у нас точно получится.
От таких неожиданных слов Тамара даже покраснела, и почувствовала, как горят от услышанного её уши.
- Так ты у них, типа, за главного? - спросила Ксюха. - А чего ж ты не говорила...
- Вовсе нет... - Тамара замотала головой.
- А давай - будешь? - сказал вдруг Серёжа. Все перевели глаза на него.
Он кидал из руки в руку какую-то тряпку.
- Я? Главной? - удивилась Тамара. - Ты что, серьёзно? Я же кое-как хожу...
- И сразу на попятную! Ты ведь прямо горишь идеей поставить в "Стаккато" спектакль. Вон даже людей привела. И Костя, вон, не против, и Нюра. Да и мне интересно, что у нас выйдет. Так что давай-ка... - Серёжа протянул ей руку, - хватайся!
Опёршись сначала на Стикер, Тамара, взяв его сухую руку с длинными пальцами, поднялась на ноги. По-прежнему держа её за руку, Серёжа аккуратно поднял её вверх.
- Отныне мадемуазель Тамара... как твоё отчество?
- Павловна...
- ...мадемуазель Тамара Павловна Суржикова - почётный член театрального клуба "Стаккато", и с её помощью мы поставим спектакль! Ксюха, Агата, вы - с нами?
- Я - точняк с вами! - воодушевлённо кивнула Ксюха, зачем-то подпрыгнув на месте.
- Агата, а ты что думаешь?
- Я могу, - кивнула та серьёзно. Глаза её на мгновение блеснули интересом.
- На том и договорились!
- Тогда, - Тамара, только севшая, машинально поднялась на ноги так резко, что колени сильно кольнуло. Поморщившись, она сжала ручку Стикера и продолжила:
- ...давайте здесь уберёмся!
***
- Что это вы здесь делаете? - Света, заглянувшая в зал, подняла брови вверх.
Груда хлама и мебели, лежавшая посреди помещения, разъехалась по сторонам. Пустой бездверный Гардеробус уместился у стены, железный скелет кровати отполз к дверям, а весь остальной хлам был аккуратно растолкан по разным углам комнаты, даже пыльное пианино общими усилиями было избавлено от слоя пыли и отъехало к стене.
Теперь здесь воцарилось какое-то подобие порядка.
В момент, когда сюда заглянула Света, Ксюха и Костя Соломин где-то взятыми швабрами драили пол на месте разобранной кучи, Нюра сидела на своём любимом месте - на верхушке Гардеробуса, но теперь там была ещё и подложена небольшая мятая подушечка, до этого надёжно спрятанная под тканью.
- Здрасьте, Света! - поздоровался Серёжа, стоящий возле дверей, чтобы не мешать мойке. - Мы убираемся.
- Уб... Зачем?!
- Тамара сказала.
Света перевела глаза-блюдца на Тамару, с довольным видом поставившую Стикер перед собой и властно схватив его рукоять обеими руками.
- Привет! Мы решили ставить спектакль. А для этого нужно прибраться. Вот мы и разобрали всю эту кучу...
Ксюха и Костя оторвались от своего занятия, поглядев на Свету. Может, побоялись, что она начнёт ругаться и негодовать, или остановит их. Но Света только размотала шарф с шеи, сняла ботинки и прошла вперёд, улыбнувшись ребятам.
- Давно пора. Сколько можно сидеть без дела. Что вы решили?
- Пока что - ничего, - сказал ей Костя. - Ждали вас.
- Как думаете, - деловито спросил Свету Серёжа, - у нас получится поставить что-то... ну, без гуру?
- Он нам в любом случае будет нужен, - с сожалением сказала Света. - Поставить-то по-своему мы всё можем, но без профи мы - просто кружок любителей...
- А нам точно нужно быть чем-то большим? - произнесла Тамара, подойдя к ним.
Света с Серёжей перевели на неё глаза. "Начинаю привыкать, когда на меня смотрят люди..." - подумалось Тамаре. Она сжала пальцы свободной руки в кулачок, чтобы не смутиться.