Марк попытался обнять ее, но Тина решительно отстранила его.
— Марк, я выполнила все, о чем мы договаривались. Все! — жестко сказала она. — Повторяю, впредь наши отношения будут сугубо официальными. Пожалуйста, постарайтесь это понять, наконец. И не надо больше меня встречать, звонить мне, приезжать ко мне домой. Исключение может быть только в том случае, если понадобится решить деловые вопросы, касающиеся Лии.
— Но Валентина… Это невозможно!!! — в отчаянии воскликнул Марк. — Поймите, я не могу… я не готов вот так… сразу… разорвать наши отношения! Да я и не хочу этого!!!
— Марк, будет все так, как мы обговорили в нашем контракте, — категорично возразила Тина.
Он обхватил голову руками и выдохнул:
— О, Боже!..
Марк с мольбой посмотрел на Тину и тихо произнес:
— Валентина, я должен… все осмыслить. Для этого нужно время. Поймите! Через неделю у меня начинаются гастроли. Я уеду. Мы оба успокоимся и, возможно, потом все уладим. Но до моего отъезда… пожалуйста… пусть между нами все останется так… как раньше.
— Нет, Марк. Нет.
Он осторожно взял ее руку и нежно погладил.
— Почему, Валентина, мы не можем… встретиться хотя бы еще один раз? Всего один! Я прошу вас…
— Нет!
Тина убрала руку и открыла дверцу. Быстро наклонившись, Марк захлопнул ее и настойчиво попросил:
— Ну что… что изменится, если мы опять окажемся вместе в постели? Мы же делали это столько раз! Так почему?..
Тина не дослушала и возразила:
— Теперь это не имеет ни малейшего значения, Марк. Сколько раз мы с вами были в одной постели. Больше этого не будет. Поймите же это, наконец! Не будет!!! — потеряв выдержку, воскликнула она, вновь открыла дверцу и, шагнув на тротуар, захлопнула ее со словами: — Прощайте, Марк!
Она пошла к дому. Марк посмотрел ей вслед, а затем резко нажал на газ.
5
Дальнейшее развитие событий превратило жизнь Тины в кромешный ад.
Марк упорно встречал ее с работы. А когда она категорически отказывалась садиться в его машину, ехал за ней. Он изводил Тину телефонными звонками. Днем и ночью Марк приходил к ней домой, требуя разговора и объяснений. Он настолько досаждал своей настойчивостью, что Тина не знала покоя ни днем, ни ночью. Она начала вздрагивать от малейшего шороха или звука, находясь на грани нервного срыва. Последней каплей, переполнившей чашу терпения, явился разговор с женой Марка. Та представилась и сразу попросила:
— Валентина, я умоляю, выслушайте меня! Пожалуйста…
— Хорошо, — коротко согласилась Тина.
Жена Марка немного помолчала, затем взволнованно произнесла:
— Валентина, то, что происходит с Марком, это ужасно! Он пьет! Пьет столько, что теряет человеческий облик. Он отменил… ОТМЕНИЛ!.. — с чувством выделила она, — гастроли!!! Забросил работу! Это катастрофа!!! Марк сходит с ума! Он пытался вскрыть себе вены!.. Вы же понимаете, Валентина, что такое для скрипача руки. Марк безумствует. Его надо спасать. Спасать немедленно! Поймите, Валентина, немедленно!!!
— Я все понимаю, — серьезно сказала Тина. — Кроме одного. Что вы хотите от меня? Что я могу сделать? Чем я-то могу помочь Марку? Этого я не понимаю.
— Но Марк… из-за вас страдает, Валентина. Может быть, вы согласитесь… встретиться с ним… поговорить. Возможно, он опомнится.
— Нет. Никаких встреч не будет. Разговоров тоже! — категорично отказалась Тина.
Жена Марка заплакала.
— Но что же делать?.. Что делать?!! Марк — знаменитый скрипач. Талантливый… известный!.. Его выступлений все ждут. Марк всегда жил сценой!.. Самым главным в его жизни была скрипка. Все личное… не имело для него никакого значения. И вдруг!.. Это какое-то помешательство! Умопомрачение! Валентина, пожалуйста, согласитесь…
— Нет! — твердо возразила Тина. — На встречу с Марком я не соглашусь. Я все понимаю. Я сочувствую и вам, и ему. Но ничего сделать не могу. Вас заботит только судьба Марка. И это объяснимо. Но я — тоже живой человек. У меня есть право устраивать свою жизнь… личную жизнь!.. по собственному усмотрению. Наши с Марком дороги разошлись. Окончательно. Я сожалею, что все так получилось. Но ничем помочь не могу. Поверьте, не могу.
— Но может быть…
— Нет.
Они попрощались.
Тина с пониманием и состраданием отнеслась к чувствам жены Марка и, как ни странно, к нему самому. Но изменить ничего не могла, потому что уступить даже в малом означало бы создать прецедент. Марк воспримет это как надежду на возможность дальнейших отношений. И тогда колесо завертится с новой силой. Кошмар преследований Марка продолжится дальше. Выхода Тина не видела. Обратиться за помощью тоже никуда не могла. Оказать поддержку ей было некому. Потому что в этом житейском море Тина была одна. Совсем одна…