Обретя, наконец, относительное душевное равновесие, Тина проницательно посмотрела в его лицо и медленно произнесла:
— Эдуард, вы… пьяны?.. Или солнце голову напекло?.. Таких слов я от вас никак не ожидала. С чего это вы вдруг?..
Он, усмехнувшись, перебил ее:
— «Не ожидала»!.. «Вдруг»!.. А главное, «с чего?»!.. Да будет! По-моему, я ничего необычного для ВАС, — выделил он, — не сказал. Повторяю, вы мне нравитесь, Валентина. Я думаю, в нашем с вами случае игры в «невинность» нелепы. поэтому я честно и открыто объявил то, что готов предложить вам в ответ на ваше согласие и последующее расположение. Уверяю вас, уважительное и благородное отношение к вам я гарантирую. Я полагал, что никакого недопонимания, которое почему-то возникло теперь, между нами не будет. А вы отчего-то оскорбились. Хотя, мне кажется, мое предложение женщине, подобной вам, должно быть…
— … и лестным, и выгодным, — закончила Тина его фразу. — Благодарю. Но так же прямо, как вы, я отвечаю «нет». Я категорически отвергаю ваше предложение. Впредь прошу считать, что нашего знакомства не было. Я не знаю вас, а вы — меня. Желаю вам добра и счастья. А еще удачи в финансовых вложениях. Безошибочных! Прощайте!
Тина начала судорожно собирать мольберт, краски, свои вещи. Эдуард задумчиво наблюдал за ней, не двигаясь с места.
Когда Тина отошла на значительное расстояние, он неожиданно прокричал ей вслед:
— У вас еще есть время передумать!!! Буду ждать!!! До завтрашнего утра!!!
Ни он, ни она не заметили, что за ними внимательно наблюдал какой-то мужчина, находившийся неподалеку.
Тина стремительно вошла в комнату, бросила прямо у порога вещи и, будто совсем обессилев, медленно присела на кровать, устремив неподвижный взгляд прямо перед собой.
Не слова Эдуарда поразили ее, а тот факт, почему он решил вот так прямо сделать свое ошеломляющее своей непредсказуемостью предложение. Казалось, ничто не предвещало такого развития событий. Она, Тина, не дала ни малейшего повода ни поведением, ни разговором считать ее доступной женщиной, которой есть вполне определенная цена. Впрочем… Надо признать, что отчасти это так. Но…
Тина резко встала и быстро подошла к зеркалу.
«Неужели?.. — думала она, внимательно вглядываясь в собственное лицо. — Нет! Глупости! Нет во мне… и быть не может!.. и тени того образа жизни, который… — Тина глубоко вздохнула. — Хотя, может быть, я привыкла и не замечаю…!
— Доброе утро!
Тина вздрогнула и повернула голову. Стоявшая на пороге Вера весело смотрела на нее. Но сразу же, словно по мановению волшебной палочки, сияющая улыбка бесследно исчезла. Вера встревоженно спросила:
— Тина, что случилось? Что с тобой?
Тина грустно и задумчиво посмотрела на подругу, потом зачем-то взглянула в зеркало, затем опять устремила взор на недоумевающую и взволнованную Веру и сумбурно начала объяснять:
— Понимаешь, со мной сегодня вышла странная история… Вера, я не знаю, как объяснить то, что произошло. Но мне стало страшно. Вера, Вера!.. Это все — не просто так. Это проявление первых симптомов. Вера, посмотри на меня! Внимательно посмотри!!!
Тина говорила настолько страстно, что Вера послушно уставилась на нее, изо всех сил стараясь понять, что происходит.
— Почему ты молчишь, Вера?!! Ты что-нибудь видишь?!! — настойчиво повторяла Тина.
Вера пожала плечами и неуверенно произнесла:
— Н-нет… Ничего не вижу… Честное слово! Тина, объясни, что смотреть-то?
— Симптомы.
— Симптомы?.. — Вера на долю секунды задумалась, а потом решительно заявила: — Хватит говорить загадками! Тина, очнись немедленно!!! Что за чушь ты городишь?!! Ну-ка, выкладывай, с чего ты с утра выстроилась перед зеркалом, ударилась в непонятную заумь, да еще меня о каких-то «симптомах» допрашиваешь с пристрастием! Давай, садись, и по порядку рассказывай.
К удивлению Тины, Вера не дослушала ее рассказ до конца. Она вдруг вскочила и, гневно сверкнув глазами, пулей вылетела из комнаты.
Тина поспешила на балкон и увидела, что Вера, бегом куда-то устремилась, не обращая ни малейшего внимания на лица людей, которые провожали ее недоумевающими взглядами.
Занятая лишь собственными чувствами, Вера неслась по дороге в развевающемся пеньюаре, легкой ночной сорочке и мягких тапочках. Вскоре она скрылась из виду.
Спустившись по тропинке, Вера сразу заметила Эдуарда. Он стоял, устремив неподвижный взгляд на море.
— Негодяй!!! Чудовище!!! Трухлявый денежный мешок с задницей вместо головы!!! — выпалила Вера, схватив его за локоть и развернув к себе. — Идиот!!!