Валерия нежно-язвительно сказала: «Попроси её, чтобы нашла тебе девочку»
Я сказал со значением, пытаясь сгенерировать любовь:
– Как-то не нуждаюсь в чьей-либо помощи, особенно в её…
Она просто сочилась сексом. И без какой-либо логической связи продолжила:
– Ненавижу, когда не оплачивают должным образом мой труд. У нас самый низкий в городе процент за платный приём, и тот не выплачивается полностью. У меня не такие уж большие запросы, я хочу получать хотя бы то, что заработала.
В её голосе было куда больше холодного профессионализма, чем женской ранимости.
За 16 часов дежурства я неоднократно спрашивал, когда мы, наконец, увидимся вне больничных стен, но она смотрела на меня так, словно я предлагал ей прогулку по Освенциму. Я напомнил о поездке:
– Я послезавтра уезжаю, две недели мы не сможем увидеться…
Она в ответ лишь скорбно улыбнулась. Всё говорило в пользу того, что отсутствие возможности встретиться со мной – не главное испытание в её жизни. Мои попытки разобраться в ситуации не увенчались успехом. Она держалась отчуждённо, независимо, ходила мимо меня с видом «ты-тут-ко-мне-не-приставай». А когда разговаривала со мной, в её голосе чувствовался холодок, она делала скучное лицо, всем своим видом показывая, что обсуждать наши отношения ей неинтересно.
В восемь утра в ординаторскую зашёл заведующий приёмным отделением и обратил внимание на её бледное лицо. Она с почти дворянским достоинством опустила голову:
– Я просто не успела нанести макияж.
– Ну намажься скорее, на тебя страшно смотреть, – произнёс он тоном строго папочки.
– Попозже, – протянула она, медленно уходя в никуда. – Хочу ещё немного побыть в своей естественной красоте.
В её уставших глазах появилось особенное, тревожно-туманное выражение, которого я до сих пор никогда не замечал, точно с ней случилось что-то, к чему она совершенно не была подготовлена и против чего не было никаких средств защиты. Я неприязненно посмотрел на её Айфон, который она бережно держала в руках. Во-первых, я эпплофоб – ненавижу продукцию Apple… просто потому, что ненавижу… возможно, завидую этим калифорнийским прохиндеям, которые ничего не создали сами, кроме названия, хитрой стратегии околпачивания людей, которые хотят «быть в тренде», а также схемы ухода от налогов. Во-вторых, мне стало ясно, что она всю ночь общалась с неким кавалером – сначала по телефону, а потом в соцсети.
Я констатировал поражение… но всё же, продолжал надеяться на то, что смогу её добиться. Уж очень она мне сильно нравилась, и с этим ничего нельзя было поделать.
14-го июля поздно вечером мы с Альбертом проводили Мариам в Петербург, а 15-го с того же вокзала в 3 часа дня уехали в Адлер. Куда мы прибыли 16-го в час дня. С вокзала до границы с Абхазией добрались на маршрутке, и, пройдя пограничный контроль, за недорого наняли машину, на которой домчались до конечного пункта, посёлка Рыбзавод в нескольких километрах от Пицунды. Мы уже бывали в этих местах, хорошо ориентировались, так что без труда подобрали себе сносное жильё в пяти минутах ходьбы от моря.
Так начался наш неторопливый отдых – купание, прогулки по окрестностям, лазание по горам. По вечерам я выкладывал фотоотчёты о поездке в своём Фэйсбуке. Питались мы в основном у хозяев. Я готовил на летней кухне, Альберт мыл посуду, такое у нас было разделение труда. Закупая продукты, я не забывал и про замечательные местные напитки, вино и чачу, приятно удивившие как ценой, так и качеством. Что характерно, я был в отличной форме, несмотря на суточное количество выпиваемого (в среднем 1,5 литра вина плюс 0,5 чачи). И, слава богу, не ударил лицом в грязь перед сыном. Ему не пришлось лицезреть мои алкогольные приходы, я сохранял полную вменяемость. То ли качество напитков сыграло свою роль, то ли благополучная экология, но, во сколько бы я ни лёг спать, в каком бы это ни было состоянии, сколько бы ни было промилле в моей крови, просыпался не позднее 6-30 утра со свежей ясной головой. В родном городе от таких дозировок я бы спал до обеда, а потом бы двое суток болел.
Мы много общались, практически всё время проводили вместе. Временами нас разлучала потребность Альберта встречаться с ровесниками. Играя на пляже в волейбол, он подружился с ребятами, которые, как и он, приехали с родителями из разных городов. Не обошлось без интрижек: он познакомился с 17-летней Вероникой из Екатеринбурга, с которой пропадал чёрными южными ночами, возвращаясь со свидания то в 3, то в 4 часа ночи. Мне это было на руку, ибо я быстро нашёл love interest среди соседей-отдыхающих в лице очаровательной 20-летней студентки из Воронежа, приехавшей на море с родителями и младшей сестрой. Она оперативно избавила меня от комплекса неполноценности, навязанного N-скими докторицами, Алиной и Валерией, например, которые за годы обучения в мединституте приобрели много знаний, но не усвоили одну простую вещь: здоровому мужику необходим ежедневный секс.