- Ты получишь за меня огромное вознаграждение, – слова вылетали из меня, как пулеметная очередь. - Я ценнейший сотрудник мотивационного отдела. Я знаю хакеров в квартале Октановых масел. Они удалят мне этот эпизод памяти. Ты ничего не потеряешь. Я просто не буду знать о случившимся. Зачем терять такие легкие деньги?
Глаза босса забегали туда-сюда. Да, деньги он любил.
- Сколько они заплатят?
- Полмиллиона. Возможно больше. Миллион. Последние пятьдесят лет я лидер по генерируемым продуктам. Сам знаешь, сейчас с мотивационными пилюлями полная лажа. Кто захочет терять сотрудника, который приносит миллионы?
Я конечно врал. Никакой я не гений генератор идей. Обычный рядовой клерк, но я знал, что Мишаня накануне ходил в район Электронной Коловратки. Без моего разрешения. И наверняка подцепил там сколопендру после незащищенных сеансов обмена информацией. Роботы это дело обожают. Запускают друг в друга пакеты данных без всяких протоколов безопасности, как какие-то хиппи, что ловят спирохет в угаре группового секса.
Джада на секунду задумался и я понял, что у меня появилась надежда.
- Хорошо, – наконец, сказала бульдожья морда. – Сейчас мы свяжемся с твоим отделом и предложим сделку. Если они откажутся, ты труп. Идет?
- Идет – выпалил я. – Правда вы с ними не свяжетесь по своему роботу. Используйте моего. Только у него коды доступы к корпоративной линии Самаркарт.
Мишаня бросил на меня испуганный взгляд. Я тихонько кивнул ему, уверяя, что все идет по плану. Израил со злобным оскалом на разбитой морде бессильно наблюдал за моей попыткой спастись.
Несколько мгновения босс Элекондовских колебался, затем сдался и махнул подручным, чтобы те подняли меня и Мишаню на ноги. На сферическом лице робота зрачки расширились до предела. Я знал, что ему страшно.
- Все нормально, - успокоил я Мишаню. – Мы выберемся, доверься мне. Открой панель корпоративной связи.
Робот молча повиновался. Из тефлоновой груди выдвинулся блок коммуникации с миниэкраном. Такие штуки ставят на всех личных роботах корпорации Самаркарт, чтобы связываться с руководством в экстренных случаях. Иногда в Моберг- сити связь полностью вырубалась из-за мощных гамма-вспышек в окрестностях особенно буйных магнитаров.
Я не был уверен на сто процентов, что план сработает, но если Мишаня подхватил вирус, который выбивает программные коды в случайном порядке, то системы безопасности Самаркарта, обнаружив его, немедленно запустят протоколы защиты, которые на двенадцать минут изолируют все входные и выходные сигналы дата-центра. Все Моберги на это время впадут в состояние кататонии. Они будут все видеть, слышать и чувствовать, но полностью утратят контроль над телами.
Все, кроме Мобергов с оригинальным сознанием, которые обновляются за счет внутренних ресурсов электронного мозга. Шанс, что одним из них буду я, был невысоким с точки зрения теории вероятности, но мне ничего не оставалось, кроме как рискнуть.
Я пробежался пальцами по цифрам пароля на экране коммуникатора. На нем забегали полоски помех, затем возникло милое личико блондинки с шикарной вавилонской прической. Новенькая из PR отдела. Недавно запилила себе шикарные буфера.
- Корпорация Самаркарт, чем могу помочь? – выдала она с дежурной улыбкой.
- Тут такое дело….
- Представьтесь, пожалуйста…..
- Коляныч…То есть Николай Костромской. У меня….
За спиной отчетливо громко взвелось сразу с пяток курков. Любое неверное слово и моя жизнь прервалась бы на самом интересном месте.
- Мне нужно связаться с отделом генерации мотиваций. У меня срочное заявление.
- Секунду, – блондинка отвлеклась на соседний монитор, забарабанила по клавиатуре.
Она перестала жать клавиши, снова постучала, словно забыв про меня, и тут вдруг ее лицо исказила гримаса неподдельного ужаса.
- Вирус! – заорала девушка на весь отдел и экран сразу погас.
Я зажмурил глаза, ожидая протонного луча, который спалит мои мобергские мозги навсегда.
Но его не последовало. Все десять головорезов, включая Джаду, который замер в попытке извлечь револьвер из-под плаща, будто встали на паузу. Стволы были по-прежнему направлены на меня, но ни один из пальцев так и не сделал последнее движение.
Со стороны ближних аэротрасс раздавались жуткие хлопки и удары столкновений всего летающего транспорта, который врезался друг в друга, после того как полностью утратил управление. Взрывы раздавались один за другим, будто город подвергся массированной артиллерийской атаке.