| We felt very nice and snug, the more so since it was so chilly out of doors; indeed out of bed-clothes too, seeing that there was no fire in the room. |
Нам было очень хорошо и уютно, тем более что на улице стоял мороз, да и не только на улице, но и в комнате, ведь камин-то был нетоплен. |
| The more so, I say, because truly to enjoy bodily warmth, some small part of you must be cold, for there is no quality in this world that is not what it is merely by contrast. |
Я говорю "тем более", потому что только тогда можно до конца насладиться теплом, когда какой-нибудь небольшой участок вашего тела остается в холоде, ибо нет такого качества в нашем мире, которое продолжало бы существовать вне контраста. |
| Nothing exists in itself. |
Ничего не существует само по себе. |
| If you flatter yourself that you are all over comfortable, and have been so a long time, then you cannot be said to be comfortable any more. |
Если вы льстите себя мыслью, что вам очень хорошо и удобно - всему вашему телу, с ног до головы, - и притом уже давно, то, значит, вам уже больше не хорошо и не удобно. |
| But if, like Queequeg and me in the bed, the tip of your nose or the crown of your head be slightly chilled, why then, indeed, in the general consciousness you feel most delightfully and unmistakably warm. |
Но если у вас, как у нас с Квикегом, сидящих в постели, кончик носа или макушка коченеет, вот тогда-то вы и испытываете общее восхитительное, ни с чем не сравнимое чувство тепла. |
| For this reason a sleeping apartment should never be furnished with a fire, which is one of the luxurious discomforts of the rich. |
Исходя из этих соображений, в комнате, где вы спите, никогда не следует топить; теплая спальня - это одно из роскошных неудобств, терпимых богачами. |
| For the height of this sort of deliciousness is to have nothing but the blanket between you and your snugness and the cold of the outer air. |
Ведь высшая степень наслаждения - не иметь между собою и своим теплом, с одной стороны, и холодом внешнего мира - с другой, ничего, кроме шерстяного одеяла. |
| Then there you lie like the one warm spark in the heart of an arctic crystal. |
Вы тогда лежите точно единственная теплая искорка в сердце арктического кристалла. |
| We had been sitting in this crouching manner for some time, when all at once I thought I would open my eyes; for when between sheets, whether by day or by night, and whether asleep or awake, I have a way of always keeping my eyes shut, in order the more to concentrate the snugness of being in bed. |
Мы уже довольно долго просидели так, поджав колени, когда я вдруг решил, что пора открыть глаза. Дело в том, что в постели - днем ли, ночью ли, сплю ли я, или бодрствую - я имею обыкновение всегда держать глаза закрытыми, дабы полнее сосредоточиться на удовольствии пребывать под одеялом. |
| Because no man can ever feel his own identity aright except his eyes be closed; as if darkness were indeed the proper element of our essences, though light be more congenial to our clayey part. |
Ибо человек может до конца осознать собственную индивидуальность только тогда, когда веки его сомкнуты, будто именно тьма -родная стихия нашего существа, а не свет, более привлекательный для нашей бренной оболочки. |
| Upon opening my eyes then, and coming out of my own pleasant and self-created darkness into the imposed and coarse outer gloom of the unilluminated twelve-o'clock-at-night, I experienced a disagreeable revulsion. |
И вот, открыв глаза, я из мною созданной уютной тьмы попал в навязанный мне извне грубый мрак неосвещенной полночи - перемена очень резкая и довольно неприятная. |
| Nor did I at all object to the hint from Queequeg that perhaps it were best to strike a light, seeing that we were so wide awake; and besides he felt a strong desire to have a few quiet puffs from his Tomahawk. |
Так что я отнюдь не стал возражать, когда Квикег намекнул, что, мол, неплохо было бы зажечь свет, раз уж мы все равно не спим, и к тому же он испытывает сильное желание сделать пару спокойных затяжек из своего томагавка. |
| Be it said, that though I had felt such a strong repugnance to his smoking in the bed the night before, yet see how elastic our stiff prejudices grow when love once comes to bend them. |
Надо сказать, если накануне ночью я был решительным образом против того, чтобы он курил в постели, то теперь заметьте себе, как гибки становятся наши твердейшие предубеждения, когда их сгибает родившаяся между людьми любовь. |
| For now I liked nothing better than to have Queequeg smoking by me, even in bed, because he seemed to be full of such serene household joy then. |
И мне теперь как нельзя более приятно было, чтобы Квикег курил подле меня, и даже в постели, потому что у него тогда был такой безмятежный, довольный, домашний вид. |
| I no more felt unduly concerned for the landlord's policy of insurance. |
Я больше уже не испытывал неоправданного беспокойства относительно хозяйского страхового полиса. |
| I was only alive to the condensed confidential comfortableness of sharing a pipe and a blanket with a real friend. |
Я только чувствовал живое сердечное удовольствие оттого, что делю одеяло и трубку с настоящим другом.
|