| Напрасно капитан угрожал вышвырнуть его за борт, напрасно замахивался топором над его обнаженными запястьями - Квикег был царский сын, и Квикег остался тверд. |
| Struck by his desperate dauntlessness, and his wild desire to visit Christendom, the captain at last relented, and told him he might make himself at home. |
Наконец, потрясенный его отчаянным бесстрашием и столь горячим желанием посетить христианский мир, капитан сменил гнев на милость и сказал Квикегу, что тот может оставаться и устраиваться, как ему будет удобнее. |
| But this fine young savage-this sea Prince of Wales, never saw the Captain's cabin. |
Но этот благородный юный дикарь - принц Уэльский Южных морей - так и не увидел даже капитанской каюты. |
| They put him down among the sailors, and made a whaleman of him. |
Его поместили в кубрике с матросами, и он стал китобоем. |
| But like Czar Peter content to toil in the shipyards of foreign cities, Queequeg disdained no seeming ignominy, if thereby he might happily gain the power of enlightening his untutored countrymen. |
Подобно царю Петру, с удовольствием плотничавшему на верфях в чужеземных портах, Квикег не гнушался никаким самым презренным занятием, если только оно дарило ему возможность просветить умы его темных соотечественников. |
| For at bottom-so he told me-he was actuated by a profound desire to learn among the Christians, the arts whereby to make his people still happier than they were; and more than that, still better than they were. |
Ибо, как признался он мне, в глубине души он руководствовался сокровенным желанием обучиться среди христиан искусствам, способным сделать его народ еще счастливее и, более того, еще лучше, чем он был. |
| But, alas! the practices of whalemen soon convinced him that even Christians could be both miserable and wicked; infinitely more so, than all his father's heathens. |
Но, увы, жизнь среди китобоев вскоре убедила его, что и христиане могут быть несчастливы и порочны, несравненно несчастливее и порочнее, чем любой язычник, подданный его отца. |
| Arrived at last in old Sag Harbor; and seeing what the sailors did there; and then going on to Nantucket, and seeing how they spent their wages in that place also, poor Queequeg gave it up for lost. |
Когда же он наконец прибыл в старый Сэг-Харбор и увидел, как вели себя там матросы, а потом добрался и до Нантакета и увидел, на что растрачивали они и здесь свои деньги, бедняга Квикег окончательно махнул на все рукой. |
| Thought he, it's a wicked world in all meridians; I'll die a pagan. |
Зло живет в этом мире под любым меридианом, сказал он себе, так что уж лучше я умру язычником. |
| And thus an old idolator at heart, he yet lived among these Christians, wore their clothes, and tried to talk their gibberish. |
Так и получилось, что он, исконный идолопоклонник в душе, жил тем не менее среди христиан, носил такую же, как они, одежду и учился говорить на их, с позволения сказать, языке. |
| Hence the queer ways about him, though now some time from home. |
И отсюда - все его странности, хоть он давно уже покинул отчий дом. |
| By hints, I asked him whether he did not propose going back, and having a coronation; since he might now consider his father dead and gone, he being very old and feeble at the last accounts. |
Как можно тактичнее я спросил его, не намерен ли он вернуться домой и короноваться на царство, поскольку его старого отца, еще давно, как он слышал, впавшего в немощь, теперь уже, конечно, нет в живых. |
| He answered no, not yet; and added that he was fearful Christianity, or rather Christians, had unfitted him for ascending the pure and undefiled throne of thirty pagan Kings before him. |
Он ответил, что нет, пока не намерен; и добавил, что боится, не сделало ли его христианство, вернее христиане, недостойным взойти на чистый, незапятнанный отчий престол, где до него восседали тридцать языческих царей. |
| But by and by, he said, he would return,-as soon as he felt himself baptized again. |
Но когда-нибудь, сказал он, он еще вернется -как только снова почувствует себя очищенным от скверны. |
| For the nonce, however, he proposed to sail about, and sow his wild oats in all four oceans. |
А покуда он собирается предаться увлечениям юности и поплавать вдоволь по всем четырем океанам. |
| They had made a harpooneer of him, and that barbed iron was in lieu of a sceptre now. |
Его научили владеть гарпуном, и теперь это колючее орудие у него взамен скипетра. |
| I asked him what might be his immediate purpose, touching his future movements. |
Я спросил, каковы его планы на ближайшее будущее. |
| He answered, to go to sea again, in his old vocation. |
Он ответил, что хотел бы снова пойти в плавание в своей прежней должности. |
| Upon this, I told him that whaling was my own design, and informed him of my intention to sail out of Nantucket, as being the most promising port for an adventurous whaleman to embark from. |
Тут я сообщил ему, что также задумал поступить на китобойное судно, и поделился с ним своим намерением попасть для этого в Нантакет - самый многообещающий порт для начинающего китобоя и любителя приключений. |
| He at once resolved to accompany me to that island, ship aboard the same vessel, get into the same watch, the same boat, the same mess with me, in short to share my every hap; with both my hands in his, boldly dip into the Potluck of both worlds.
|